Origin: http://lib.ru/TURIZM/mkk.txt

> maxim@uland.com (Maxim Shnyrin) пишет:

     Конечно  любому  начинающему  туристу,  наверно,  было  бы
полезно знать, о плавном повышении сложности походов, о том что
паузы между должны быть, что группа как минимум на 70 процентов
должна состоять из  соответствующих  опытом,  что  в  серьезных
походах  должен  быть  зам  руководителя  и  так  далее  по тем
правилам. Но это должен быть учебник, а не устав. Мало найдется
людей,  которые  с  упоением  читали  правила и выносили из них
что-то для себя. А учебник, который на примерах,  а  их  больше
чем достаточно, объяснял как, что и для чего, думаю, интерес бы
вызвал.

      И какие проблемы? Вот тебе телеконференция, кидается клич
- "Ау-у! Ищем рассказы про курьезные случаи из бытия  туристов,
альпинистов  и  т.п."  Но только чур со счастливым концом, а то
чернуху никто читать  не  будет.   Помню  была  такая  книга  -
"Проблемы  безопасности  в  горах".  Входила  в джентельменский
набор для ночного лазанья вместе  со  свечкой  и  подсвечником.
Начитаешься ее на ночь глядя перед выездом в горы...

      А за примерами и ходить далеко не надо.
      Их надо мне присылать
             moshkow@ipsun.ras.ru

===============================================================

     Проблемы безопасности в горах

 From: "Wladislav W. Lekomcev" (wlad@wwl.spb.su)

       Собрались  в году так, примерно, девяностом две группы и
пошли они в горную троечку по Приэльбрусью.  Как  надо  МКК  им
маршрутную   книжку   всю   исписала,  руководители  пеклись  о
подчиненных и половине народу вэгэшки напрокат взяли  одинарные
да  кошки  муравьевские  (кто  ходил  в  них,  тот  знает :( ).
Остальные тоже правда  не  жаловались  в  киевских  вибрамах  и
десятизубых абалаковских кошках.
       И  пошли  они ветром гонимы, солнцем палимы двумя как бы
независимыми группами вверх по ущелью  Адылсу  брать  жутчайший
перевал  1б.  И загнали всех гуртом на ледник с бергшрундами, а
на следующий день и вовсе на стену св.горы  Виатау  (как  потом
оказалось).  Понавесили мы там дюльферов по крутому сыплющемуся
кулуару метров сто пятьдесят да и угомонились вдвенатцатером на
холодную  ночевку на полочке посередь стены часов в одиннадцать
ночи.
       А с утра и того круче - двое в берг улетели (в том числе
и  автор  этих  строк)  когда  на  седьмом  человеке   ледобуры
ввернутые   в  фирн(!)   для  дюльфера  вытаяли.  Пачка  сахару
рафинаду, что нес в рюкзаке аж в сахар-песок  превратилась,  но
организм  воспротивился  злому року и, тяжело матерясь, оттащил
меркнущее сознание подальше от стены. И  вовремя!  Так  как  от
наших  шебуршаний  и  матюканий  обвалился  неслабый каменюка и
немалый камнепад вызвал.  Те кто в  это  время  на  злополучном
фирне   ледорубный   самосброс   (это  куда  ледобуры  крутили)
настраивали дабы через берг слинять очень радовались  и  жалели
нас,  пока  мы  от  камней за рюкзаками прятались да по леднику
скакали.
       Но  слава  Богу  все  остались живы и даже довольны этим
обстоятельством.     А    перевал    мы,    так    как     было
"первопрохождение", назвали ХЗС (Хрен залезешь - Хрен Слезешь).
Кто хочет - может попробовать. Примерная категория трудности  -
8Ю(отрицательная сыпуха).

       А  потом  еще  и  удивляются - что это народ в альпинизм
ринулся  из  горняков,  но  про  альпинизм  -  это  уже  другая
история...

       Так  что  начало  положено.  Кто  следующий?  Но  только
обязательно со счастливым концом. А коментарии-то как раз  и  в
учебнике после вот подобной истории.

                Счастья вам, люди, и долгих лет жизни!

                                                        Влад.

     Компас в рюкзаке

 From: alex@newcom.kiae.su (Rudnev Aleksei)

     Ага.  У  меня была история, после которой компас в рюкзаке
теперь считается обязательным.
     Есть  на Кавказе такой район - Дигория, с турбазой Дзинага
(если она там еще стоит) и самым  длинным  ледником  Кавказа  -
Караугомским.  И  ходила  там  в  тройку одна группа в каком то
лохматом (197?) году.
     Если  обрисовать  местность,  то  это  - ледник, кончается
далеко внизу; метров 400  -  500  шириной.   Начинается  он  на
Караугомском плато, падает с него километровым ледопадом, затем
течет ровненько так вниз, еще раз несильно падает (или 2 раза -
уже  не  помню),  и  кончается  в зоне леса. По его берегам под
верхний (третий, там все таки  три  ледопада)  идут  тропы,  по
которым  тогда  ходили плановики.  На левом берегу, недалеко от
конца, была красивая "Райская поляна".
     Так  вот, группа не совсем новичков, с кошками и веревками
в рюкзаках, крьчьями и прочим снаряжением шла  вверх  по  левой
тропе:,  чтобы  под  ледопадом  перейти направо и уйти затем на
перевал. Погода кавказская  -  птички  поют,  солнышко  светит,
облака  летают...   В общем, шли шли, и пришли к верховьям, под
ледопад.  Тропа там пересекает ледник (тропа  -  плановая,  кто
видел,   то   знает   -  где  плановик  пройдет,  любой  чайник
прососется).  Пошла группа через ледник, и тут приплыло облачко
и легло на него.
     Шла  группа,  шла  -  вроде  как  были  там какие то бугры
поперечные, по ним ориентировалась.  Десять  минут  идет  -  не
кончается  ледник.   Двадцать  идет - не то что не кончается, а
какие то торосы ледовые пошли. Еще минут пять идет, думают  все
- сейчас на правый берег выйдем - ан нет, пошли какие то стенки
ледовые, пришлось кошки надевать.
     В  общем,  проходив  полтора  часа по леднику (шириной 500
метров), руководитель понял, что дело  труба,  и  на  каком  то
торосе  группу  остановил  на ночлег. Ввернули ледобуры, на них
растянули палатки, кое как поужинали (а  облако  проклятое  так
никуда и не делось), спать легли.
     Утром  просыпаются  -  сидят  они  на одиноком пригорке на
леднике по 30 метрах от ледопада, в 10 метрах - зеленая  морена
(край  долины), на ней стоит корова и с изумлением глядит, чего
эти идиоты сюда заперлись...
     Этим,  кстати,  приключения  не  кончились. Два раза тогда
группа залезала не туда (сняв записку с перевала и пройдя  его,
оказывалась  снова  в  той  же  долине), на обратном пути из за
сплошного дождя заперлась на нижний ледопад  и  там  понавесила
веревок (тропу найти не удалось), хорошо - кошки были и снаряга
приличная.  В  общем,   заявляли   тройку,   прошли   единичку,
намотались  как  не  четверке,  и  хорошо  что  под  ледопад не
попали...

PS. А вот MKK в том случае была чиста - поход был заявлен и
защищен. Да и не может оно погоду предусмотреть...

     Компас - хорошо, кабы не магнитное склонение в 45 градусов

     From: Андрей Чупикин (chupikin@got.mmtel.ru)

     Дело  было в 91  году на Среднем Урале. Мы  делали свой  первый в жизни
волок с притока  Косьвы -  Тыпыла на приток Яйвы  с многообещающим названием
Губь. По описаниям надо было идти на  запад между двух горок примерно 15 км.
Под конец  уклониться  к северу.  Точно  по  описанию нашли фундамент старой
избы, от которой начиналась визирка. По компасу она шла строго на запад.
     У нас был  крок карты с более или менее правдоподобными контурами рек и
двумя кружками, обозначавшими горки  (в  тайге их  видно  не  было). Шли  мы
втроем с двумя "Тайменми" в  две  ходки так что особым темпом похвастать  не
могли. На второй день визирка кончилась (на границе областей) и мы повернули
на  северо-запад по  азимуту.  На  третий  день  вышли на болота  (к счастью
совершенно сухие).
     К тому времени мы уже не на шутку  забеспокоились и  пошли в одну ходку
(двое с "карандашами",  один "отдыхает"  с компасом, потом меняемся).  Поход
был на  две  недели и  под угрозой  были не только  сроки возвращения,  но и
запасы  еды. На болоте  были магнитные аномалии. Было забавно наблюдать  как
уткнувшийся  в  компас  товарищ  кружит  по болоту,  отклоняясь  градусов на
пятьдесят то вправо, то влево. Однако это нас не насторожило.
     В  общем к вечеру мы вышли на мизерный ручеек,  текущий совсем не туда,
но (к счастью) хватило ума пойти по нему. Это оказалось самое начало правого
истока Губи. Потом мы еще два дня тащили  байдарки по Губи (26 км). Проскочи
мы этот ручеек,  топать  бы нам по тайге  и болотам еще километров сорок  до
истоков Яйвы.
     Причину  случившегося  мы поняли через  несколько дней, когда встретили
орнитологов  с  приличной   двухкилометровкой.   Оказалось,  что   магнитное
склонение в тех местах сотавляет около  45  градусов, и визирки проложены по
магнитным азимутам т.е. мы шли сначала на северо-запад, а потом повернули на
север.
     Поскольку приличные карты  с  магнитным склонением  достать по-прежнему
проблематично, с тех пор я всегда проверяю компас по солнцу. Оно пока еще ни
кого  не подводило. Простейший способ - взять азимут на солнце  в полдень по
местному времени, когда солнце находится  точно  на юге. Например для  Урала
(около  60 градусов  В.Д.) местный  полдень,  с  требуемой  точностью -  3-5
градусов, соответствует 12 часам  Московского летнего  времени.  Для  других
мест его  нетрудно пересчитать,  зная долготу  места (Урал около 60 градусов
В.Д., 15 градусов долготы  дают  разницу  в 1 час).  Можно расчитать  азимут
солнца и в  другое  время суток,  но это уже  сложнее.  Кому интересно  могу
прислать формулы, для составления шпаргалки на поход.

     Я вот с некоторых пор щепитильно к картам относиться стал.

 From: Максим Шнырин (maxim@uland.com)

     Я вот с некоторых пор щепетильно к картам относиться стал.
Дело   было    так.    Собирал    материалчик    по    маршруту
Кана-Умба-Колвица,  вокруг  Хибин.  Дык  в  отчете  кроки  были
волоков.  Причем  очень  простые.   Кружки  -озера   значит   и
пунктирчик  -  тропки волоков между ними.  И все по этим крокам
просто получалось: проплыл по озерцу пробежал по пунктирчику  и
еще раз проплыл по озерцу.
     Люди  у нас опытные собрались, куча КМС по ориентированию.
Мы что-ж озерцо не найдем?  Легко!! Ну вот  проплыли,  в  конец
озерца,  на  ночлег  стали.  С утра разбил людей на группы, дал
контрольное время и отправил на  поиски  озера.  В  назначенный
срок  прибыли  все  и  докладывают.  Озеро найдено, тропа тоже.
Вообщем, думаю, классно поработали. Ну  что-ж  озеро  на  кроке
одно,  тропа  тоже.  Берите  лодочки и вперед, волок делать, до
вечера успеть надо...
     ..  Как  многие  поняли  группа разошлась на разные озера.
Причем самое смешное было то, что оба найденных озера  не  были
тем, которое искали.
     Ночи  за  полярным  кругом белые и мы нашли друг друга, а,
затем, и правильную дорогу. Но теперь я к картам отношусь очень
щепетильно.  А  путешественикам  вроде  нас  могу  посоветовать
ИСКАТЬ ЗАРУБКИ НА ДЕРЕВЬЯХ в местах туристских волоков!!!

Максим

     Хорошая была палатка, но нам уже дали

 From: Сергей Харитонов (arm@rosnic.msk.su)
 Date: 20 Jul 1996

      Заявляю поход по Кольскому у одного мастера спорта. Знаем
с Алексеем друг друга хорошо, разговор все больше по  делу,  по
технике,   тактике.   Все   закончили,   подписали,  и  тут  он
спрашивает:
      - Слушай, ты у меня на той неделе палаткой интересовался,
ну, той, что у меня на пике Ленина унесло, так что, на Кольский
хотел взять?
      - Да, говорю, а хрен ли, хорошая была палатка. Но нам уже
дали почти такую же, двухслойную,  каркас  из  трубки  в  палец
толщиной.
       -  Вообще-то,  не  стоит  в тундру с крестово-купольной,
поищи шатровку.
       -  Да  плавал,  знаю.  Но  нас же четверо, стало быть на
десятиклинную "Зиму" лыж и палок не хватит, восьмиклинка нужна,
а  где  ж я ее найду в сезон, да за неделю до выезда. Да ладно,
прорвемся.
      - Сколько нынче снега на Кольском, знаешь?
      - Знаю, мало, сдут весь.
      - Вот и я о том же. Поищи шатровку и/или пятого участника
- мой тебе совет.

       За совет спасибо. Но вышли мы все же с каркасно-дуговой.
И не было проблем почти весь поход. И в яму за снежной  стенкой
мы ее ставили, и в щели между камнями на перевале.
       После  славненькой дневки на базе КСС в Куниоке мы легко
взбежали  на  Северный  Лявочорр.  С  перевала  пошли   вправо,
поднялись  на  горку, с которой расходятся три водораздела - на
юг к Центральному Лявочорру, на  восток  к  Обманному  и  туда,
откуда  мы  пришли.  Спустились  на  Центральный  Лявочорр. Тут
совсем тихо, достававший нас с  границы  леса  вмордувинд  (это
ветер   такой,   противоположный   взадштагу)   куда-то  исчез.
Вообще-то, ходового времени еще в  запасе  час-полтора,  но  на
плато  (опять  на ветер!) лезть не хочется, особенно если можно
переночевать в затишке. А  снега  на  седловине  кот  наплакал,
пятна плотного наста, остальное камни, лед.

      Поставились. Прозрачный вечер, на небе ни облачка, полное
безветрие, даже ужин готовили на улице, при свете по-марсиански
красного  длинного  заката.  Стемнело.  С седловины видны яркие
пятна  в  тундре  -  Ревда,  Мончегорск,   Оленегорск.   Слабое
зелено-голубое   северное   сияние.  Красиво.  Жалко,  что  для
видеокамеры темновато, жалко, что поход заканчивается,  хороший
поход. Заснули.
        Ровно   в   полночь   включили   ветер.  То  южный,  то
северо-восточный.  Порывистый, гад. При ясном небе.  С  крупой.
Игорь  вылез  (потому  как  крайний), еще раз осмотрел вещички.
Народ опытный, хоть и было тихо, все прибрано. Ну и ладно.
       Час  ночи.  Никто  не  спит.  Шумно  и  треплет. Ветер в
основном южный, то есть  мне  в  бок.  Пинает,  как  сержант  в
учебке.  Подъем,  мол,  стройся!  В  ответ  молча матерюсь. Даю
команду обуться в спальниках - оказывается, все давно ее  ждут.
Вот,  блин,  хотят  и  молчат.  И не посоветуют, ведь паникером
выглядеть никому не хочется.
       Два  часа  ночи.  Поутихло,  а  может  быть, попривыкли.
Задремали.
      Три. Да неужто снова началось...
        Половина   четвертого  -  досчитали.  Ветер  как  будто
наваливается тяжелой тушей на стенку палатки  с  юга,  отходит,
резко  бьет  в  стенку  с  севера  и снова наваливается, лежит,
ворочается, затем снова отходит и бьет...
       Четыре.  Мы,  по  пояс в спальниках, висим на концах дуг
каркаса.   Стараясь  при  этом  поддерживать  стенки.   Верхняя
палатка сшита добротно, из толстой плащевки, пока что держится.
Внутренняя - тонкий парашют - расползается по швам.  На  глазах
ткань  "вытягивает"  из-под  ниток  армировки,  оставляя висеть
стропы и длинные лохмотья посекшегося капрона.
       Половина  пятого.  Ветер  периодически врывается под дно
палатки, под коврики,  подбрасывает  все  сооружение  вместе  с
нами.   Так   потихоньку  двигаемся  в  сторону  Калиока.  Миша
спрашивает: "Ты случайно не помнишь, что там ниже по  склону?".
Как  же,  помню.   Камни,  ясен пень, да еще немножко снега. Ни
шампанского, ни девочек.
        Без   четверти  шесть.  Налетает  особо  резкий  порыв,
дюралевые трубки (14 мм) каркаса сгибаются черт знает  во  что,
внутренняя  палатка  разлетается  окончательно, вся конструкция
падает.   Наступив  на  кого-то  выскакиваю  из...   точнее   -
из-под... словом, на улицу.
        Пардон   за   подробности,  на  мне  были  (из  штанов)
тренировочные, брезентовые  и  поверх  них  каландровые.  А  на
бедрах  сушились  Ленкины  носки. Так вот, только я оказался на
улице, один из носков у меня выдуло (уж  не  знаю,  сверху  или
снизу) я и охнуть не успел...
       Хороший  был носок, толстый, шерстяной. Кто найдет его в
цирке Центрального Лявочорра - пивом угощу. Ну а что чувствовал
я себя совсем голым, так то излишне говорить.
        Максимальная  глубина  снежных  островков  (30  см)  не
оставляла шансов на пещеру или нору, а количество снега  и  его
структура (5-7 см плотного наста, а глубже - льдистая глубинная
изморозь) - на стенку или иглу.
      А еще я первый раз в туристской (и полевой) жизни увидел,
как свежевыпиленный снежный кирпич  ветер  увозит  от  меня  по
насту...
       Некогда,  в первую свою СТПшную стажировку, (1982-й год,
страшно  подумать)  я  наизусть  цитировал  слушателям   книжку
Лукоянова... и вот вспомнилось - "Идти НЕЛЬЗЯ, если ветер валит
с ног, открытая местность обрывается в  каньон  или  кар..."  -
достаточно,  это  как раз про нас и про то, что впереди - плато
Лявочорр.
       Значит,  спуск.  Причем в простую сторону, не со стенки,
хоть там и ближе - есть перспектива выскочить на базу к  обеду.
       Дальше  совсем  неинтересно.  Спуск  в  Калиок, завтрак,
перелаз через хребет на  север  (западнее  Обманного,  в  левый
исток  Гориока),  снова  Северный  Лявочорр  и вниз, к озеру. В
сумерках - база КСС. Опустилась глухая облачность, пошел липкий
снег, и это уже до самого апреля...

       Ну и резюме. Даже если член МКК не столь опытен, как Вы,
и  уж  тем  более,  и  уж  конечно  же  если   он   опытнее   -
прислушайтесь.  Он  смотрит со стороны, его мозги не замусорены
частностями предпоходной суеты, которые могут мешать Вам.
       Позвонил  Леха,  выслушал  рассказ.  Спросил  осторожно:
"Отчитался?". Нет, не отчитался. Участникам,  конечно,  справки
оформлю. А себе - стыдно.

С уважением                          Сергей (arm@rosnic.msk.su)

     Вижу - весло в бочке крутится, ну, думаю, это не просто так

Чаткал - фрагмент
 Date: 14 Oct 1996
 From: Михаил Поляков (polk@nis.nnov.su)

     А  Решето  мы  как-то  с  устатку  от впечатлений, что ли,
словили. Он короткий, с воды виден, помню, идем, думаю: "А, еще
один..."  Вдруг  - бам! Неожиданно жесткая бочка. Передние - по
уши в  воде,  и  за  струю/вал  цепляться  не  стали.  Я  сзади
потянулся  было  вперед,  только веслом зацепился - брык, корму
подкинуло. Вылетел буквально кубарем,  успел  только  подумать,
что не успеваю за обвязку зацепиться.
     Жилет  -  пенковый,  панцирь  такой надежный, но литров 10
всего. Плыву под валами. Весло сразу - бам! - выбило.  "Эх,"  -
думаю,   -   "жалко  весло,  да  и  перед  ребятами  неудобно."
Перевернулся, повернулся по  потоку,  сгруппировался.  Зачем-то
прикрыл голову руками, как на ГО, только лопаты не хватало :-).
Думаю, "дятел, она же в каске!" Слегка  вытянул  руки,  прикрыл
лицо.  Вода голубая такая, надо бы подумать, как на поверхность
вылезти. Видимо, безотчетно подгреб ногами, и вдруг я по  плечи
над водой! Володя (второй гид, кормчий рафта) поймал за плечи и
вытягивает.  Я хватаюсь за обвязку - а она уже на уровне пояса!
Судорожно ищу, за что уцепиться теперь. Дотянулся до драйбэгов!
Торопливо переваливаюсь через толстый борт, как будто за спиной
-  пара крокодилов. "Яйца осторожно!"  В пластмассовом ведре на
корме везем сырые яйца для блинов, валом  их,  само  собой,  из
ведра  вымыло,  и они плавают под ногами. Облегченный смех всех
присутствующих. "С почином!"
     Хватаю   весло,   это   Андреево,   только   что  поймали.
Выяснилось, что когда тряхнуло корму, Андрея Графова тоже почти
выкинуло.    Сам   успел   зацепиться,   но   весло   отпустил.
90-килограммовый Володя, сидящий на  корме  по  центру,  плавно
спикировал  на  груду  драйбэгов,  а  затем свалился на Андрея.
Андрей предпочел было тоже искупаться, но Володя не дал, втянул
обратно.   "Весло   держите!"  Тамаре  бросилось  в  глаза  мое
отсутствие, и она обратила внимание публики,  что  весло  -  не
самое  главное.  Володя  увидел,  как  под  валом  мелькнул мой
оранжевый спас и  после  следующего  вала  вывесился  и  поймал
заблудшего.
     Восстановив  численность,  озираемся.  Вижу  свое  весло с
лиловой трубой.  Пресекая  его  стремление  начать  независимое
плавание, подходим. Злобно хватаю. Уф, все.

     У  берега  в  улове  волнуется  Андрей Капитанов на каяке.
"Яйца целы?"  Андрей - руководитель, завхоз и шеф-повар в одном
лице,  и  гастрономия  -  его  пунктик.  "Вижу  - весло в бочке
крутится, ну, думаю, это не просто так".

     ... Мораль 1: не оставляйте продукты на столе...

 Date: 12 Mar 97
 From: Alexey Lukatsky (lukich@extranet.ru)

     Представьте    себе:   Карелия,   Южная   Шуя,   Шотозеро.
Студенческая группа. Все друг друга знают не один  год.  Встали
мы  в  километрах 5 от Новых Песков. Поставили тентик, палатки,
забабахали костерок. Поели. Попели песни.  Заснули.  Встаем  на
утро  - дождь. Мелкий такой, моросящий. Решили сегодня не идти.
На следующий день аналогичная ситуация, да еще  ночью  какая-то
приблудная собака сожрала 3 (!) кило сыра со стола.
       Мораль  1: не оставляйте продукты на столе, даже если вы
уверены, что в округе никого нет.
     Третий день: решили идти. Я, как руководитель группы и уже
ходивший по Шуе, с матросом поплыл в  Новые  Пески  за  хлебом.
Остальная  группа  должна  была  неспешно переплывать Шотозеро,
спуститься километров 5 по реке и остановиться нас ждать у мыса
острова,  в  одном  км  от  Вагатозера. Островок был отмечен на
карте - все путем. Группа  ушла,  мы  поехали  в  магазин.  Как
водится  ничего  не  купили.  Поехали догонять группу. Дошли до
острова - никого. Покричали - нет  ответа.  Тут  мне  матрос  и
говорит, что он договорился встретиться у Вагата.
     Мораль  2:  независимо от отношений в группе всегда должен
быть руководитель, который и должен решать все спорные вопросы.
     Дошли до Вагата.  Опять никого. Простояли на якоре часа 3.
Сходили  за  это  время  в  магазин  (в  деревне),  купили  все
продукты.  Нет  никого.  Думаем:  "А вдруг они решили переплыть
Вагат и ждать нас там, с костром, с  пищей?"  Переплыли  Вагат.
Никого.  Уже близится вечер. Опять заморосил дождь. Что делать?
Вставать на ночевку. Встали у места выхода Шуи из Вагата. Прямо
на  берегу.  А  снаряги-то  нет. Ни котлов, ни топора, ни пилы.
Есть только брезентовый тент  и  спальник  на  двоих,  да  куча
продуктов.   Но  жить-то  хочется. Пошли собирать дрова. А идет
дождь. Набрали кучу палок, поваленных стволов и т.п. Все мокрое
и  лиственное. Стали разжигать костер. Без преувеличения скажу,
что разводили примерно час - пока занялось,  пока  то,  да  се.
Натянули  тент  углом,  чтобы  половина  тента лежала на земле.
Постелили куски полиэтилена из байды. По бортам тента  положили
поросята.  В миске заварили чаю, поели колбасы, хлеба, варенья.
Завалились спать, укрывшись одним спальником.
     Мораль  3:  при  любом разделении группы (даже ненадолго),
необходимо распределять снарягу так, чтобы какая-то из подгрупп
не оказалась в идиотском положении.
     На  утро соорудили тур на берегу - засунули в него записку
с описанием ситуации и поплыли  назад  через  Вагат.  Встали  у
деревни.  Я пошел вверх по реке. Пройдя около 1 км, и покричав,
встретил-таки свою группу, которая не дождавшись нас у  острова
решила  встать  на  берегу  реки.  Они  встали  с одной стороны
острова, а мы обходили его с другой.
     Мораль 4: никогда не назначайте встреч у островов - мороки
выше крыши.  Вот такая история.

     Долой фальшборта!

 Date: 24 Mar 1997
 From: Музыченко Алексей А. (truby@dol. ru)

     Вообщем,  собрались  мы  в мае 1994 года в поход. Было нас
три человека по 16 лет, 2-ое из  которых  байдарку  даже  и  не
видели.  Я хоть и видел, но последний раз в 5 лет. И была у нас
"Таймень" за номером 2, которую я достал  чисто  случайно.  Как
впоследствии  оказалось  без  фальшбортов.  И пошли мы на речку
Пру, что в Клепиковском р-не Рязанской области.

       Ну,  приехали, собрали байдарку, и вижу я что чего-то не
хватает. Спрашиваем у соседей, (рядом собираются) "Мужики,  что
у  нас  не так? Ну нас и просветили, ребята, мол, вот смотрите,
такие железки, фальшборта называются, у вас их нет. "  Ну,  как
говориться,  на  нет  и  суда  нет. Загрузились мы в наше утлое
суденышко, вода где-то около  третьего  стрингера  плещется,  и
шкура внутрь выгибается. А делать то нечего, так и поплыли.
     Байдарка, конечно, не пролеяна, и я чувствую, что сядем мы
на первую же корягу, благо их там достаточно.  Никакого клея  и
ремнабора  мы  разумеется  не  взяли,  как  впрочем  не взяли и
полиэтилена, пены, теплых вещей и всего прочего что  необходимо
для комфорта. Я до этого ходил только в пешки (вплоть до 4 КС),
но из-за большой  стихийности  этого  похода  просто  не  успел
подготовиться,  собирались 3 часа от силы. А май в том году был
наихолоднейший (дождь, снег, тем-ра от -3 ночью до +5 днем),  а
разлив  был  преогромнейший.  И  плывем мы из-за неопытности со
скоростью 3 км в час. И плыть куда не знаем абсолютно.
       У байдарки на волне гибкость образуется приятная, это то
есть если попадает она на  три  волны,  так  в  трех  местах  и
изгибается.   Достаточно  интересно  видеть,  сидя  сзади,  что
передний сидит на том  же  уровне  что  и  ты,  а  вот  средний
возвышается  над  вами чуть ли не полметра. Но, с горем пополам
доплыли мы почти до победного конца, без особых приключений.  И
вот незадолго до финиша угораздило нас попасть в переделку.
     Река  делает  приличный  крюк,  и  образуется  нечто вроде
полуострова, метров 8 шириной и метров 150 длиной. Но в  разлив
вода  через  него  переливает,  и мы решает напрямик. А течение
достаточно сильное. В результате нос "Тайменя"  попадает  между
двх  деревьев,  течением  нас  быстренько прижимает к третьему,
заклинивает намертво и начитает ломать. Второй шпангоут  лопнул
сразу   же,   стрингеры   согнулись   градусов  на  30  (этакие
бумеранги),  воды  в  байдарке  на  20-30  сантиметров.   Самое
интересное  было,  что  когда  мы  освободились,  она  так и не
утонула, а этакой раскорякой таки доплыла до  финиша.  Вот  так
бывает.

     P.  S.  Байдарку  мы  конечно починили, но без фальшбортов
ходили еще раз 6. И такое интересное замечание, без фальшбортов
чрезвычайно   сложно   пропороть  шкуру.  Представьте,  она  не
натянутая,  налетаешь  на  корягу,  разглядываешь  ее   изнутри
обтянутую  шкурой  и спокойно плывешь дальше. (Это, конечно, не
рекомендация ходить без фальшбортов, а просто наблюдение).

     Вести Шавлу согласился. Но с условием: берем Таймень

 Date: 12 Sep 1997
 From: Андрей Харитонов (andrey@yorp.yaroslavl.su)

     Летом  1996  года  в  конференции  news:relcom.rec.tourism
жарко обсуждался вопрос: "пойдет Таймень-2 речку Шавла, и  если
пойдет,   то  как  долго  он  ее  пойдет.   Вашему  вниманию  -
свидетельство очевидца.

Из отчета Андрея Харитонова "Шавла-96"
       "...На  пороге происходит  переворот байдарки. Встаем на
левом берегу. Таймень можно восстановить  только  в  Ярославле.
Собираем катамаран двойку..." Затемнение...

       История длинная и интересная.
       Наш  руководитель до этого принципиально ходил только на
Таймене и уже прошел Ону и Катунь.
     У  нас  в клубе руководителем в пятерку идти никто не мог,
но команда была боеспособная. Поэтому мы  договорились  с  ним,
что  он  будет руководителем.  Он поставил одно условие - берем
Таймень.
       Как  мы  шли  на  пешке  - это кранты, ведь у нас было 2
девочки и Таймень.  Но прошли  за  два  дня  отделавшись  всего
одним вывихом. Причем часть команды успела потеряться и сделать
круг километров в 5-7.
       Когда  пришли  на Шавлу и посмотрели препятствия, то нам
показалось крутовато, особенно для Таймени. Но делать нечего  -
он  делает  люк  посередине и идет на Таймене один. Хватило его
порога  на  три  -  там он сломался. Собрали резервную двойку и
пошли дальше. Но когда подошли  к  "Тушкему"  то  он  посмотрев
сказал, что если бы он лег, то выловили бы мешок с костями.
       Байду мы довезли до Ярославля, где успешно восстановили,
а Руководитель стал ходить на двойке и был на Лабе.

     Байка о сломанном весле

 From: Василий Балашов (hbd@cs.msu.su)
 Date: 20 Sep 1997
                                    Эпиграф:
                                       Shit happens!
                                           (Житейская мудрость)

       Произошло  это  на  славной реке Великой, что в низовьях
полноводна и протекает близ города Пскова, а  в  верховьях  (по
слухам)  содержит  несколько  перекатов  и  краткий  спортивный
участок категории 2 (то бишь, для начинающих).
       Компания  наша  преимущественно  и состояла из людей, не
обладающих большим опытом водных походов на категории. Несмотря
на  это,  первые небольшие перекаты были пройдены без проблем -
из-за высокого уровня  воды  большинство  камней  скрылось  под
водой,  и  вместо  злобного  шкуродера и проводки нам достались
вполне чистые проходимые сливы.
       Все  это настраивало меня, моего матроса, а равно и всех
остальных на довольно беззаботный лад, так что когда русло реки
становилось  чистым  и  его  не  перегораживали лежащие поперек
деревья, между которыми  иной  раз  было  непросто  лавировать,
настроение  наше  поднималось  и  возникало  желание глазеть по
сторонам.
       А  посмотреть,  признаться,  было на что: с нами шли две
весьма  привлекательные,  прямо-таки  симпатичные  и   довольно
общительные   девушки,   вдобавок   размещавшиеся  в  отдельной
байдарке. Так что едва река раздавалась вширь, все три байдарки
выстраивались  в  шеренгу,  держа  равнение  на  середину (там,
понятное дело, плыли девушки). На излишней склонности к  такому
построению мы чуть не прокололись (пропоролись?).
      Случилось это так: на выходе из одного переката байдарка,
на которой я успешно расчищал фарватер (у "Салюта" с  этим  нет
проблем),   слегка   вырвалась   вперед,  грозя  лишить  экипаж
возможности наблюдать, как девушки входят  в  слив  (признаюсь,
изрядным  гуманистом я был с самого детства, и пропустить такую
сцену просто  не  мог).  Вошли-то  они  грамотно,  да  и  вышли
по-человечески,   благо   байдарка   легкая,   так   что   я  и
впередсмотрящий  (начисто  забывший   о   своих   обязанностях)
смотрели  и  радовались...  А  тем  временем  нас  прижимало по
инерции под правый берег, с которого в воду свешивалось Дерево.
Точнее,  о  том,  что  это  было дерево, а нас на него несло, я
узнал чуть позже, а поначалу я увидел, что нос байдарки вот-вот
врежется  в  некое препятствие, что матрос (%@#$*!#@#$^&@* его)
разворачивает весло вдоль байдарки и упирается им  в  то  самое
препятствие, пытаясь оттолкнуться. В этот момент что-то твердое
и холодное уперлось мне в живот пониже  диафрагмы.  Что  это  и
откуда  взялось,  думать  было  некогда:  я резко напряг пресс,
давление со стороны этой штуковины усиливалось около секунды, а
затем  резко ослабло. Тут я наконец осмотрелся и увидел, что от
матроса ко мне тянется  _весло_,  лопасть  которого  в  меня  и
упиралась.
       Через  пару  мгновений  я  стал  приходить  в  себя,  и,
убедившись,  что  прорези  во  мне  нет  (это  меня  отнюдь  не
успокоило),  в  сердцах  произнес  в направлении носа байдарки:
"Мать - твою - сучью - копытом - в - грязь - через  -  хомут  -
зачатую  -  дышлом  - крещенную, ты же мне чуть живот веслом не
распорол", добавив еще пару ласковых слов.  По ходу этой тирады
до  меня  дошло,  что  противоположная  лопасть  весла более не
упирается в дерево, а висит, раскачиваясь,  на  тонкой  полоске
металла.  "Shit  happens!"  -  пояснил  я  матросу  суть дела и
углубился в детальное описание ситуации.
       От  этого  увлекательного  занятия  меня  оторвало  лишь
сознание того, что наши дорогие девушки в течение последних  (и
самых  насыщенных  мощными  звуками  моего  голоса) секунд идут
параллельным курсом и, вероятно, интересуются, что  же  мы  так
интенсивно обсуждаем.
      Демонстрации останков весла оказалось достаточно, чтобы в
общих чертах объяснить, что именно произошло. Окончательно  мне
до  сих  пор  многое  неясно: то ли пресс у меня оказался такой
накачанный, то ли весло особое  попалось  -  ведь  случись  все
иначе,  лежала бы моя дорога прямиком в ближайшее отделение 03,
что где-то в 20 километрах от места происшествия.
       В любом случае, хочу передать привет рабочему коллективу
завода "Салют",  производящего  такие  замечательные  весла,  и
пожелать  ему  успехов  в  работе  -  иначе кто будет выпускать
запасные комплекты?

     Но оказался стойким борцом за жизнь и каждый раз выныривал

 Date: 03 Nov 1997
 From: alex@sevogmts.ru (Dalov Alexandr)

      Май 1997г. Река Брусовица под Архангельском.
      Открытие сезона. Все Арханргельские туристы пришли на эту
речку. Весна  позняя,  многие  реки  еще  стоят.  На  Брусовице
периодический  ледоход.  (!) Периодически после прорыва завалов
плывет куча льдинок  (льдинки  это  метра  по  3-4  м^2).  Река
периодически течет по лесу. Вся эта группа к вечеру упирается в
завал километра на 2. Все  решают  выходить  по  высоковольтной
линии.
       Ну и конечно находятся 5 идиотов, которым лень тащить на
себе кучу хлама (да и не за этим мы  сюда  шли)  и  они  решают
продолжать. Все идет замечательно, если не считать киля каякера
(не ушел от незаметного тонкого дерева над водой (случайность))
и  периодически возникающих на пути заторов и их обноса по лесу
(по снегу).
      При обносе длинного затора (1.5км) обнаруживаем просвет в
воде метров 60~100 чему радуемся  и  капитан  на  каждом  судне
решает  пройти  этот  участок. (я иду по берегу). Каякер прошел
этот участок у самого берега периодически заходя  в  лес.   при
подходе  к концу водного участка (по берегу) я наблюдаю сильную
течку под лед. В это же время мое судно уже метрах в  20~15  от
этого.  Что-либо  кричать  уже  смысла нет, гребец и сам видит,
пытается развернуть  этот  гроб  под  названием  "таймень",  но
получается  как  обычно  еще хуже. Он входит прямо в центр этой
фигни, да еще под углом градусов 45.  Его  тутже  разворачивает
боком  и  начинает  килять.  Простоял  он  около секунды и стал
заваливаться  налевый  бок.  Правим  боком  прижало  к  завалу.
Гребец выходит из байды через правый борт без купания с головой
и оказывается на чистой воде (без льда).
       Байда  как  потопленный карабль медленно уходит под лед.
Следующий  по  очереди  гребец,  превратившийся  в  плавца.  Он
хватается  за  лед,  который  обламывается,  переворачивается и
уходит под воду без очереди. Перед тем как плавца  вытащили  на
лед он уже пару раз с головой ушел под лед, но оказался стойким
борцом за жизнь и каждый  раз  выныривал  подтягиваясь  руками.
Вообще все это можно описать более эмоционально...

      Последствия:

      - большой риск спасработ (угроза безвозвратной утраты 2-х
членов группы)
      - купание в холодной воде
      - потеря судна
      - потеря всех вещей у 2-х членов группы
      - моральное  состояное  группы складывается не в пользу
дальнейшего продолжения маршрута

      Ошибки, которые я узрел:

       -  какой  идиот  пойдет  по  реке вместе с ледоходом (не
ходите по рекам пока не прошел лед и не разошлись заторы).
       - за халатное отношение к реке она наказывает (группа не
осозновала до конца  всю  сложность  и  ответственность  своего
положения (неготова морально к экстремальным ситуациям)).
       -  как  выяснилось  у  плавца  был  приспущен  спасжилет
(достаточно избитая тема про спасжилет)
       -  про  просмотр  препятствий  говорить  сложно, т.к. из
препятствий остались только  прижимы  которые  проходились  без
особого труда

      Выводы, которые я сделал для себя:

       1) меня сложно будет заставить идти по реке когда она не
очистилась полностью.
       2)  на  каждую  шмотку  я  привяжу пластиковую бутылку с
веревкой метров 10 (если не получится  достать,  то  хоть  буду
знать где похоронил).
       3)  если  меня будет неотвратимо нести на завал (ледяной
или  иной)  я  буду  на  него  "выбрасываться"  (если   конечно
предполагаю,  что  завал  мення  выдержит)  либо с судном (если
завал низкий), либо покину судно когда оно врежется. Что делать
если  происходит  попадание  в  завал  на  крупном  судне  типа
катамарана я не знаю.
       4)  если  я попаду под ледяной завал, то я буду изо всей
силы грести к берегу - там  льдины  поменьше  и  от  дна  можно
оттолкнуться авось проб'ю своей тупой головой :) .

     Александр

     Ребята нас отговаривали, однако мы имели достаточный опыт

 Date: 27 Mar 1998
 From: Дмитрий Гречаниченко

     В    конце    апреля    прошлого    года   мы   вдвоем   с
другом-альпинистом вылезли из дел и собрались наконец,  впервые
за шесть лет подышать воздухом и поехали, стало быть, в поселок
Эльбрус  с  намерением  попробовать  залезть   на   одноименную
вершину.
     На  слиянии  Ирика  и  Чата встретили знакомых москвичей и
дальше пошли наверх вместе.
     Все  было  замечательно,  кроме, пожалуй, нашей физической
формы (на акклимуху, честно говоря, времени  не  было).  Погода
была   пасмурная,  снег.   Руководитель  москвичей  Вадим  (  к
сожалению, фамилию его я забыл) вывел всех на Замок четко,  как
по нитке, несмотря на весьма слабую видимость С момента прихода
на Замок начал подниматься ветер, и на следующий день, когда мы
вернулись  в  лагерь  после  выхода  наверх,  было  уже  совсем
неуютно. Несмотря на стенку, кою мы трудолюбиво поставили перед
выходом, у палатки сломалась дуга.

     А  тем  временем  погода  идти  не позволяла, и наш бюджет
времени тоже был на пределе. Посему было принято решение  -  не
связывать  москвичей  и  валить  вдвоем  вниз,  на  Ирикчатские
ночевки с тем, чтобы на следующий день  добежать  до  Эльбруса,
доехать  до  Азау  и зайти впоследствии через Приют. Ребята нас
отговаривали,  однако  мы  были  в  районе  не  впервые,  имели
достаточный,   по   нашему  разумению,  опыт,  и  сочли  задачу
выполнимой.  Используя окно в погоде, связались и  пошли  вниз.
Через  час  с  небольшим  на  переходе поднялся неслабый ветер,
который запросто валил нас с ног.  Пытаясь  несколько  ослабить
этот  фактор,  залезли  в  мульду  и добились того, что боковой
ветер благодаря эффекту аэродинамической  трубы  превратили  во
встречный.  Тем временем снег все шел, наметало, летело в торец
и т. д. Временами я просто ложился на ветер грудью,  а  в  пяти
метрах  ничего  не  было  видно.  Если  бы  не  были  связаны -
расшвыряло бы нас как котят, и потерялись бы наверняка.  Короче
говоря,   трехсотметровую  мульду  проползли  (я  говорю  почти
буквально), выдираясь из метрового снега, часа за  полтора.  Ни
я,  ни  мой  напарник  такого  не видели раньше никогда ( а оба
ходим больше десяти лет).
     В  конце  концов  решено  было вставать, поскольку силенок
просто  не  оставалось.  Сама  мысль  о  том,  чтобы  поставить
палатку,  была  смешна  - уж очень сильно дуло. Была вырыта яма
глубиной метра полтора - больше не позволил лед. В яму  бросили
рюкзаки,  залезли  во  внутреннюю  палатку  и в позе эмбрионов,
стараясь не заснуть, провели так порядка шестнадцати часов. Всю
ночь  свистело,  и  было  холодно.  В  итоге  я поморозил левую
ручонку, а друг - ногу. Утром ветер стих и погода сменилась  на
солнечную,  однако  мы, придя на ночевки, никуда идти не могли,
просто упали и  заснули.  Вот,  собственно  и  весь  рассказ  -
дальнейшее неинтересно.

     Вывод  из  всей  этой  истории  один  - уверенность в себе
хороша до определенных пределов. Горы, несмотря  на  предыдущий
опыт,  всегда  остаются непредсказуемыми.  Это не велосипед или
коньки, где все навыки восстанавливаются за минуту.  Если вы не
ходите каждый год, лучше внутренне чувствовать себя пареньком с
круглыми глазами, идущим первую "единичку".

     С удовольствием бы покатался, но сильно боюсь холодной воды

 From: Дмитрий Попов

Artem A. Belov wrote in message...
>  Преодоление припая, заберегов и льдин: ...
>  Ведущий  каякер с разгона вылезает на льдину и остановившись
>  на ней резко встряхивает всей верхней частью корпуса как  бы
>  стремясь стряхнуть с рук воду.

      После одного из подобных прохождений льда, мы потом очень
быстро и  шустро  обходили  по  берегу  любые,  сколько  нибудь
большие льдины.
       Тренировались  на  Пахре  (Подмосковье)  на гладкой воде
зимой, под Новый  Год  (теплая  зима,  кажется  81  года).   На
повороте реки лед сохранился. Пошли практически, описанным выше
"методом".
      Приятель "словил леща " - потянулся за резиновым мячиком,
который мы впереди себя ради забавы футболили.
       Вставать  в  крошеве льдин он и не думал. Вылезти на лед
не удалось - слишком тонкий.
       До берега метров 30. До чистой воды метров 50.  Мы в два
"смычка " тем же чудным методом крошили лед до берега и  тянули
за собой нашего "моржа ".
       Слегка сухие шмотки от нас( некупавшихся ) + 10 км бегом
до дома (ехать сам отказался) +  стакан  водки...  в  общем  на
следующий день мы были опять в полном составе.

     Безусловно,  с  хорошей  гидрой  это не было бы так, прямо
скажем, страшновато, но в крошеве относительно  толстого  льда,
думаю,  все равно были  бы  серьезные  проблемы у кого бы то ни
было.
       С  удовольствием  покатался  бы  также  азартно, как это
описывает Artem A.  Belov, но вот льдинки я  бы, все таки,  как
нибудь  по  бережку,  либо  без  пены  и  брызг  - сильно боюсь
холодной воды!

     Сергей Харитонов: Работы над ошибками

 From: Sergey.Kharitonov@p68.f871.n5020.z2.fidonet.org
 Date: May 1998

   У вас глюки бывают, ALL?

   Июль-80. В Москве идет олимпиада, а я работаю в Крыму. За два
месяца поля мне сильно опротивели все дырья Караби и Демерджи, а
равно и рожи подельников. Снятия напряжения ради я попросил
начальника обойтись недельку без старшего коллектора, то есть
меня, и отправился немного побродить в уединении.
   В описываемый период я уже иду обратно. Поднялся из Большого
Каньона на Ялтинскую яйлу под вечер. До озерка, что около вояк
(прямо над Ялтой, в сосенках), могу дойти только к потемкам, а
напрягаться лениво. Тем более, что до своих (в верховья реки
Демерджи) я за завтрашний день не добегу (точнее, может быть и
не слабо, но незачем), а к послезавтрашнему вечеру дойду при
любом раскладе. Короче, решаю заночевать. К тому же обнаруживаю
на яйле скотопойную цистерну. Питьевая вода у меня с собой, но
все равно славно - ноги/шею помыть...
   Спускаюсь метров на полста в лес (к северу), нахожу ровную
площадку, устраиваюсь. Стемнело, поужинал, пью чай. Шорохов в
лесу много, и от костра, и вообще. Ничего необычного, все
спокойно.
   "Палаткой" у меня работал полиэтиленовый рукав на натянутой
веревке. Лег спать.
   Через некоторое время слышу шаги по прошлогодней листве. Мимо
меня, чуть ниже по склону. Начинаю прислушиваться. Странные
шаги: медленные, осторожные. Топ-топ-топ, несколько шагов с
интервалом почти в секунду, пауза. Еще несколько шагов. Тишина.
Опять шаги, но уже несколько дальше от меня. Снова тишина. Снова
шаги, но немного с другой стороны. Вокруг бродит, зараза.
Посветил вокруг - никого. Лежу дальше. Только начал засыпать,
снова шаги. Свечу фонариком - никого. Плохо, что фонарик -
"жучок", пока светишь ничего толком не слышишь. Лежу, слушаю.
Совсем близко шуршит, в прямой видимости должен быть гость -
точно помню, что в том направлении ни деревьев, ни кустов...
Свечу  - никого. Встал, подошел к тому месту, где шуршало. Все
обсветил и обнюхал - нет никаких следов. Что за наваждение?!
Ложусь обратно. Опять шаги...

_Соображение-1._ Зверь? Маловероятно. А человеку чего надо? За
кого он меня принял? Не за туриста точно. За браконьера или
дезертира? На мне была зеленая рубашка от парадки. У водопоя
меня видели пастухи, предлагали переночевать с ними, я
отказался.

   Вылез, бросил веток на угли. Выпил еще полкружки чаю.
Прислушался к внутреннему голосу. Странно. Чаще бывает, что
внешних причин вроде бы нет, а беспокойство есть. А тут
наоборот, все как будто без бед.

_Соображение-2._ Лихого люда я не опасаюсь, денег 0 рублей 00
копеек, остальным не сильно дорожу. Вояк-дезертиросамоходоловов
я в гробу видал. За что может лесник докопаться? Разве только за
костер незалитый в пожароопасный период.

   Короче, чушь все это собачья. Ложусь спать. Твою 25! Ведь
ходит вокруг, достал уже! Начинаю нервничать - бросаю камни на
звук. Эффект нулевой. Потом громко заявляю в темноту - "Хрен ли
бродишь, подходи к костру, чаем угощу, за жизнь поговорим".
Тишина в ответ. Еще раз с пристрастием допрашиваю внутренний
голос. Спи спокойно, говорит. Ладно. Кладу под голову топор,
засыпаю (не сразу) сжимая топорище.

_Соображение-3._ Это зря. Если б подошел кто, не сейчас, так
поутру - мог бы и топором садануть, с нервов да спросонья.

   Проснулся на рассвете. Тихо. Засыпаю опять. Вдруг слышу до
боли знакомые шаги...

_Соображение-4._ Снимаю шляпу перед тем, кто уже опознал моих
обидчиков.

   Белки. Прыгают по листве с частотой шагов, через несколько
прыжков останавливаются, грызут или обнюхивают что-то, дальше
прыгают. Серые такие, с рыжиной. Сидеть будет, так днем черта с
два на листве ее разглядишь, а уж ночью... Смирный льюди, как
говорил Дерсу Узала.
   Тут я позволил себе проспать аж до десяти утра.

С уважением                         Сергей (Longarm@bigfoot.com)
                                    AKA %FROM%

     Переставить палатку - дело, нехитрое. Но противно

 From: Сергей Харитонов (Longarm@bigfoot.com)

       Март-80, Приполярный Урал.
       В  группе  8  человек,  руководитель  Юра,  идем  лыжную
"тройку".  Идем к горам по р.Сыня.
       Палатка  у  нас  была  брезентовая,  шатер без дна (типа
армейского, только побольше), высота по центральному  колу  под
два  метра.  И  еще  брезентовый  тент.  Обычно мы это угробище
ставили так:  брали  манюню  (лыжу  запасную,  без  крепления),
измеряли  ею глубину снега, прибавляли к полученной глубине два
метра (манюнину длину) и  получали  размер  необходимого  кола.
Вырубали  кол,  вонзали  до земли и натягивали палатку. Стелили
лапник, инсталировали печку.
       Четвертый  день  (как  оказалось,  самый  холодный  день
похода) закончился в районе  урочища  Олений  переход.  Глубина
лыжни за последним участником была почти весь день за полметра.
Короче, как говорил один знакомый негр: "мы  так  не  работаем,
как вы отдыхаете".
       С  тех  пор я очень полюбил длинные лыжные палки. У тех,
кто шел с короткими, были дополнительные проблемы.
       Под вечер, зайдя с реки в лес и скинув рюкзаки, мы взяли
манюню и сунули  ее  в  снег.  Она  ушла  по  носок,  земля  не
ощущалась.  Привязали к ней другую лыжу, утопили это сооружение
метра на три - нет земли. И тут  Леню  осенило.  Вон,  говорит,
пихта  подходящая.   Она-то  точно  в земле корнями. Давайте ее
побреем и обрубим верхушку на нужной высоте. И лапник будет,  и
кол стоячий. Так и сделали.
       Ужин  поспел  неожиданно  рано. Еще печка не разогрелась
толком, а мы уже  поели  и  начали  засыпать.  А  потом  начали
просыпаться  - из импровизированного кола потекла страшно едкая
и вонючая смола, вытопленная  теплом  печки.  Примерно  час  мы
пытались   дышать   сквозь   спальники  и  свитеры,  потом  Юра
скомандовал...
        Переставить  палатку  -  дело,  конечно,  нехитрое.  Но
противно. В  полной  темноте,  на  морозе  за  тридцатник,  при
разобранных рюкзаках...

_Соображение._ Нехорошо губить живые деревья, даже в тайге. Тем
более, что можно было придумать массу других способов установки
палатки.

       А в четыре утра дежурный поднял-таки всех на завтрак, по
расписанию.

     Поток воды слегка пенится и потрескивает - на дворе -26

 From: Sergey.Kharitonov@p68.f871.n5020.z2.fidonet.org
 Date: May 1998

   Февраль-89, Западный Саян. Группа 7 человек, идем "четверку".
После двух дней сидения в пурге и первопрохода не того перевала,
идем к озеру Позарым с юга, от перевала Озерный. В конце широкой
долины с озерами подходим к небольшому каньончику, в котором
наклон заметен довольно ощутимо. По озерам бежалось хорошо,
группа растянулась. Первыми шли мы с Сергеем. Вошли в каньон,
порадовались безветрию. Известно, что на этой речке, текущей с
Озерного в Позарым есть большой водопад, обход которого не очень
тривиален. Скинули рюкзаки и пошли глянуть, что нас ожидает
впереди - вылетать на водопад с разгону не хочется.
   Пройдя с десяток метров снимаем лыжи - при наклоне с ними не
комфортно - и идем дальше пешком. Метров через двести, за
несколькими поворотиками речки просматриваем выход на озерко.
Водопада еще нет, так, небольшой порожек, пешком вполне пройдем.
Вдруг слышим сверху какой-то не то хруст, не то другой шум и
крики. Эхо бьется между стенок, разобрать слова невозможно.
Стоим с Серегой лицом друг к другу, он смотрит вверх, а я вниз,
на порожек. Тут вижу, глаза у него расширяются... Оглядываюсь -
на нас сверху по льду катится поток воды. Передний край слегка
пенится и потрескивает от соприкосновения со льдом (на дворе
-26). Мы с Сергеем в мгновение ока отпрыгиваем к стенкам, я
оказываюсь на левом берегу, в каком-то закутке меж камнями
примерно в полуметре надо льдом, а Сергей - на правом берегу,
там стенки толком нет, просто склон.
   Интересно, что там у ребят? Махнул Сереге, мол, возвращаемся.
Он по своему берегу ушел назад. Я дернулся в одну сторону, в
другую - стенки. Лазать по обледенелым скалам с лыжными палками
не хочется.

_Соображение-1._ Зря я Серегу раньше времени назад отправил.

   Через несколько минут вода спала до сантиметра-двух, я
перебрался на другой берег и по Серегиным следам вернулся к
группе.
   Картину я застал следующую: ребята (никого не намочило, они
на лед не пошли, сидели там, где мы сняли рюкзаки) привязали к
репшнуру рогатку и забрасывая эту удочку пытаются зацепить за
трос или крепление наши с Серегой лыжи. Оказалось, что лед
треснул в метре выше оставленных нами лыж, и теперь они
болтаются посреди сметанообразного замерзающего месива, в
которое лезть совсем не хочется. Брызги от неудачных бросков
"удочки" замерзают на лету причудливыми венчиками.

_Соображение-2._ Предвидеть такой поворот событий я не мог.
Теперь буду знать, что так тоже бывает.

   Извлеченные лыжи представляли собой длинные комья льда с
торчащими из них тросами. Все это происшествие, включая
приведение лыж в юзабельный вид, заняло почти час светлого
времени. Отсутствие этого часа нам вылилось в проблемы при
спуске с водопада, и в конечном счете привело к полудневке.

С уважением                         Сергей (Longarm@bigfoot.com)
                                    AKA %FROM%

     Был у меня один случай связаный с вегетарианцами...

 Date: 11 May 1998
 From: Nicolas

       Пошли  мы  на Нерль (что в Ивановской обл. (выброска ст.
Беклемишево съем в пос. Петровский)) в команде изначально  была
1  вегетарианка  но  в  процессе подбора состава добавилась еще
одна. Маршрут знали я и адирал (он выходил  на  день  позже  по
причине   работы).   Сплавлялись   на   3-х   "Тайменях"   и  1
"Егере"(каноэ), который  решили  взять  для  испытания  ходовых
качеств по причине его новизны (ну совсем новенький, только что
из магазина).
       Расклад был такой 2 "Тайменя" и "Егерь" стартуют на день
раньше а адмирал догоняет нас  на  первой  стоянке  на  третьем
"Таймене" перекусываем и трогаем дальше по нормальной схеме.
    Состав был из 9 чел 5м и 4д
    таймень      +       таймень    +     егерь     +      таймень
    д+м                     д+м             д+м             м+д+адмирал

      Сразу же после старта выяснилось что "Егерь" идет чуть-ли
не в 2 раза медленнее байдарок.
       Приняли решение: идти до определенного времени с отрывом
от "Егеря" совместный перекус потом "Егерь" стартует на полчаса
раньше  байдарок  и  опять идем до определенног времени (до 18.
00) после чего Я ищу место стоянки.
    Сказано сделано!
    Перекус прошел нормально...
       Пришло  время  искать  место.  Я  тихонечко сплавляюсь и
осматриваю берега никаких признаков для нормальной  стоянки  не
вижу, везде кусты прибрежные и поле.
       Где-то  к  19. 00 ближе вижу нормальный бережок покрытый
соснячком. Подъем берега около метра дальше горка и метров в 20
от берега начинается сам сосновый лес. Есть оборудованный навес
видно что навещается он не часто. Я принимаю решение "Встаем!".
На  байдах переполох - "Как встаем!? Ведь здесь ветер нас сдует
! Давай поишем место получше. "
       Я  понимаю что "Егерю" нас догнать становится сложнее но
по душевной  слабости,  тогда  еще,  соглашаюсь  на  уговоры  и
позволяю уговорить себя на некотрое время сплава.
      Трогаем. Проходим еще километра 2 нахожу нормальное место
и встаю.
      Разбиваем палатку (по причине экономии места и веса взяли
"Зиму-12").
       Ситуация  более чем абсурдна консервы у нас, каны у нас,
посуда и крупы в "Егере".
      Ждем... Ждем... Ждем...
       В  ожидании  проходит  около  полутора-двух  часов время
приближается к десяти вечера смеркается и  уже  около  получаса
накрапывает  неприятный  моросящий  дождь  переходящий  в более
сильный.
       Иду вверх по течению прохожу около километра "Егерь" как
в воду канул. Иду кричу, никто не откликается.
       Около  половины двенадцатого возвращаюсь в палатку т. к.
не видно ни зги и дальнейшие поиски скорее всего приведут опять
ни  к  чему.  В  лесу постреливают охотники где-то километрах в
трех от реки.
       Всю  ночь  не  могу  уснуть,  жду окрика с реки и иногда
выхожу покричать сам.
      Практически всю ночь моросит дождь.
       До утра они не появились, я свалился от усталости где-то
в шесть утра.

       Просыпаюсь  в  восемь  и  опять на берег продолжаю поход
вверх по течению до первого места предпологаемой стоянки  опять
ничего. Возвращаюсь.

      На отставших в лагере накопилась злость (новички не могут
понять что одному человеку  грести  в  надувном  каноэ  гораздо
сложнее чем в байде).
        Через   полчаса   нас   догоняет   адмирал   со  второй
вегетарианкой  и  со  своим  младшим  братом  (16  лет)  гребут
(адмирал и его брат) как проклятые.
       Выясняется  что  на  маршруте  каноэ  им не встречалось.
Принимаем решение ждать вестей от других групп проплывающих  по
маршруту. Через минут сорок появляется первая весть что у ребят
вроде все нормально и скоро нас догонят.
       Через  час  появляется  каноэ  и экипаж набрасывается на
меня, выяснять по какой причине их бросили посреди  реки  и  не
дождались  раньше.  На  душе противно будто стая кошек наложила
здоровую кучу и обильно все ето полила зловониями.
       Выясняю где они остановились и по какой причине не дошли
до места стоянки.
       Выясняется  встали  они в десять вечера не дойдя полтора
километра до нас встали по причине  того  что  парень  к  этому
моменту  греб  один  на  протяжении трех часов а девица которая
старше него года на 4 сидела и ревела на  носу  каноэ  причитая
что  их  бросили,  что  на  них наплевали и что она замерзла по
причине дождя. Когда я ходил их  искать  утром  они  не  видели
меня,  а  я  их  по причине удаленности места стоянки от берега
(около двухсот метров) и по причине того что они еще  спалим  в
это  время т. к. заснуть смогли под тентом из пленки только под
утро.

       Заключение:  Никогда,  никогда не поддаваться на уговоры
новичков о перемене места стоянки  пока  не  подошла  отставшая
часть  группы. Ведь не поддайся я на их уговоры место инцидента
могло и не быть, т. к. на первом месчте ребята были уже  где-то
в восемь-половина девятого вечера.

       Второй  день  с адмиралом мы прошли нормально но вечером
прикинув с ним прохождение маршрута  подумали  что  по  причине
долгого  ожидания  отставшего  экипажа  идем  с  опозданием  на
несколько км. Обсудив это дело и зная место  последней  стоянки
от  которой  до  места съема остается около полутора часов хода
договорились:
       1.  Если не доходим до восьми вечера до места стоянки то
встаем там куда дошли
       2. Если доходим до места стоянки до восьми вечера встаем
во сколько-бы мы туда не дошли даже если сразу после  перекуса.

       Заключение:  Никогда  не  посвящать экипаж о предстоящих
стоянках

       По  просьбе  вегетарианок  перераспределяем  посадку  по
посудинам она выглядит так:
     таймень        +    таймень     +       таймень     +       егерь
     д+м                 д+д                 м+м                 м+д+адмир
     (новички)        (вегетарианки)      (Я и брат адм)    (отставш и адм)

       Три  байды  идут впереди разрыв с каноэ около двух км. к
пяти вечера я вижу впереди место стоянки, о котором мы говорили
с  адмиралом.  Говорю:  -  "Ребята вот остров где Флинт закопал
свои сокровища". А еслим  без  шуток  то  говорю  им  что  пора
вставать  на  стоянку.  И  опять  начался бунт на корабле "Леха
(адмирал) сказал плывем до восьми, а сейчас только пять ", "Что
ты  нам  указываешь  не  то место", "По карте это место доложно
быть километров на пять ниже". И больше всего выступают  именно
вегетарианки.  Я  предлагаю  компромис - встаем и ждем адмирала
который  нас  рассудит.  Ничего   не   помогает.   Они   уходят
стремительно  вниз  по  реке  (как  жаль  что  мы на стоянке не
прикрепили им к рулю несколько консервных банок)

      Я дожидаюсь адмирала убеждаюсь что я не осел и думаем что
нам делать дальше. Время близится к  семи  пора  подумать  и  о
покое. Решаем спуститься до поворота и если они не встали самим
вставать разгружаться и  на  пустой  байде  вдвоем  догонять  и
возвращать в родные пенаты.

       Догонять  выпадает  мне  и брату адмирала. Вообщем долго
расказывать как мы их догоняли но догнали и было это  в  десять
вечера.  Там  со  всеми  переругавшись  мы  забрали  у них свои
спальники продукты и один кан и отправились  в  обратный  путь.
Шли  против  ветра,  соответственно  против течения и по полной
темноте (фонарь был один и  он  остался  у  адмирала).  Начался
дождь,  температура  окружающей среды упала до нуля и непонятно
сколько нам еще грести до места стоянки. К часу ночи мы  дошли.
Мой  напарник выйдя из байды на берег упал на колени со словами
"Дошли!", меня  трясло в ознобе как в горячке. Нам накатили  по
двести грам на грудь и растерли спиртом. Есть мы не смогли были
не в состоянии (возможно немного переохладились).  Наутро  меня
вывернуло всего наизнанку.

    Не стоит и говорить что ночевали мы под тентом.
    Утром выпал снег.
       Кое  как  согревшись и попив чайку мы отправились дальше
догонять и производить съем с маршрута.  Адмирал  высказал  все
что  он  думает  по  поводу  их  отношения  к  группе  и на том
отправились дальше.  Добрались  домой  но  группа  после  этого
распалась  уж больно обидно было им выслушивать от адмирала все
что он о них думает после всего этого.

       После  этого я с вегетарианцами никогда не связываюсь. А
от этого похода я заработал какую-то фигню -  как  переволнуюсь
или  перенапрягусь меня выворачивает наизнанку против моей воли
(видимо аллергия какая-то).

С приветом Nicolas

P. S. Хотя против вегетарианства вроде не имею ничего против.

     Водный поход в неслаженной компании. Или "Вегатарианцы тут ни при чем"

 From: Olegich (olegich@belkoda.nsys.by)
 Date: 29 Sep 1998

     Ходили  мы  весной 98 г. по Ислочи-Западной Березине-Неману (Беларусь).
Команда в таком составе шла впервые.
     Два  человека  я вообще впервые видел. В результате всяких разбродов на
второй день похода сложил с себя обязанности адмирала. Тогда не долго  думая
им  назначили  парня, который шел с нами впервые. Тот сильно не напрягался -
сказал, что встретимся у разваленного сарая (который знал только я) и ушел с
девчонками на тройке.
     Мы  на  3-ке  и  2-ке  вышли  позже (из-за долгих сборов). Когда начало
темнеть ни сарая ни первой байды мы не встретили.  Около  11-ти  ночи  стали
попадаться  островки  посреди  реки,  а  луны  не  было. К 12-ти нам надоело
натыкаться на эти  острова  и  мы  стали  на  стоянки  в  чистом  поле.  Еле
насобирали плавника. На 5 человек был котелок
     на  1.5  литра, консервы, водка, земляная груша, немножко гречки. Утром
прошли минут десять и встретили первую байду с едой.
     Такая  же  ситуация  повторилась  через  несколько  дней.  Я ходил этот
маршрут 3 раза и знал где хорошая стоянка и из графика не выбиваемся. Шли до
захода  солнца.  Оставалось  пару км., но народ сказал, что они глянут место
здесь.
     Они  причалили,  посмотрели  и пошли спускаться к байде. Я подумал, что
они пойдут дальше,  но  как  оказалось  на  следующий  день,  они  стали.  В
результате,  я с девушкой дошел до нужной стоянки, насобирал дров. Остальной
команды нет. Спичек тоже нет. Как и еды. Есть только котелки и  консервы.  И
водка  с  бальзамом ;-) Спички я нашел у компании на противоположном берегу.
Они сначала испугались, когда увидели мой налобник в темноте -  думали,  что
рыбнадзор  (у  них  сети  стояли),  но  потом успокоились, дали спичек. Мы с
девушкой нашли общий язык (бальзам, водка;).
     Из-за  каких-то  неурядиц  в  команде  на  тройке девушка утром собрала
шмотки, посмотрела карту, сказала, что  идет  в  Минск  и  ушла  в  лес.  Мы
обалдели.  Но  догонять  не  стали  - баба с возу - коню легче. Девушка была
левая (я ее видел первый раз). А когда уезжали с маршрута, то опаздывали  на
дизель.  Т.  е. рюкзаки уже на станции, а две байды не разбираются - песок в
стрингерах. Тогда парень, который тоже был левым,  сказал,  что  ему  вообще
говоря  надо  домой,  взял  свой  рюкзак и сделал нам ручкой. Честно говоря,
когда эти двое от нас отвалились, то стало  намного  веселее.  Правда,  куча
рюкзаков  и три байды на три девчонки и трех парней (один из которых слепой)
- неплохая разминка.

   Выводы:
     - должна быть строгая дисциплина с подчинением адмиралу.
     - незнокомых стараться не брать.
     - группе не разъединяться.
     - снаряг распределять равномерно, чтобы каждая байда была независимой в
плане еды, котелков, топоров.

     Экспресс до Рязани. До Оки на плоскодонке - максимум час...

 From: Алексей Музыченко (leosha@cityline.ru)
 Date: 30 May 1998

     Было  это  наверно  в  1995  году. Конец августа. Нас пять
человек, только что закончили все школу, куда-то  поступили,  и
времени  уже  ни на что серьезное (мы собственно говоря в особо
серьезное и не  ходим)  не  осталось.  Посему,  решили  сходить
просто  отдохнуть  на  природу.   Прихватили  байдарку, так как
лодки не имели,  а  река  на  природе  намечалась.  Планировали
отдохнуть  недельку,  половить  рыбку,  покупаться.  Кстати,  с
байдарки очень даже неплохо ловить. =)
     Все  было  нормально,  но  на четвертый день кто-то решает
свалить по личным соображениям, кому-то на дачу и т.д.  и  т.п.
Вообщем,  получается  так,  что не хочется уезжать только мне и
еще одному товарищу. Надо сказать здесь, что вся  энта  природа
находилась  в  ~30  км  от  Рязани, а именно - Солотча. Т.е. до
города ехать час на автобусе, ну и минут 40  до  автобуса  еще.
Вот.   Водоем   на   котором   мы   находимся  -  старица  Оки.
Познакомились  на  второй  день  с  местным  дедом,  он  нам  и
рассказал  что  до Оки он, на своей плоскодонке максимум за час
доходит на  веслах.  Я  прикидываю,  и,  естественно,  подбиваю
стойкого   товарища   доплыть   до   Рязани.   Он  особо  и  не
сопротивлялся, наивный. По моим же расчетам выходило, так:
     - если дед на лодке за час, то мы на двух веслах масксимум
тоже за час доковыряем.
     - на память помню, что от места впадения старицы в Оку, до
Рязани по воде около 25 км.
     Итого  на  час  дня  имеем:  час до Оки ну и максимум 6 до
Рязани. Значит, в 8-9 вечера,  мы  ну  просто  должны  быть  на
месте. На чем и порешили эту проблему. Теперь все выглядит так.
Трое едут на автобусе домой, а мы  плывем  тоже  домой,  но  на
байдарке.  Все  вещи  мы  отдаем  нашим  товарищам  (все  - это
действительно все).  На  нас  остаются  футболочки  и  какие-то
штанцы.   Все   наше   снаряжение   состоит  из  байдарки  (без
фальшбортов и с повторно сломанным вторым шпангоутом см.  Долой
фальшборта),  двух весел, ножа, пачки сигарет, коробка спичек и
двух "пенок". Еще прихватили штуки  четыре  картошины  печеные,
пару кусочков хлеба и соль.  Вот.
     14.00 - благополучно выплываем
     15.00 - Оки нет
     16.00  -  Оки нет. Места зато очень красивые. Материм деда
иногда.
     17.00 - Оки нет. Начинаем волноваться. От волнения съедаем
все что есть.
     18.00  -  по  прежнему  нет.  гребу  я  один  практически,
поскольку напарнику это надоело все слегка.
     18.30  -  материм деда как только можем. Наблюдаем цаплю и
ястреба/коршуна/орла. Это становится забавным.
     19.00 - Ока. Вдалеке, на горизонте виден рязанский Кремль.
Ну о-о-очень далеко. Особо не задумываясь, плывем дальше.
     20.00 - что-то жрать захотелось.
     21.00  -  все-таки конец августа и вода кругом. Прохладно.
Все  мои  предложения  переночевать  у  костра  отвергаются   с
негодованием.   Мотивы:   река  широкая,  доплывем  ночью.  М..
Сомнительно.
     21.30  -  совсем холодно. После того как небольшой катер с
водометом пустил бо-ольшушую волну и нас  чуть  не  утопило,  у
товарища  зародились  сомнения  в  том,  что  плыть  ночью  это
романтично.
     22.00 - жуткий дуб. почти темно. На берегу замечаем народ,
который  на  нас  достаточно  изумленно  смотрит...   пристаем.
Рассказываем  грустную  свою историю и получаем грамм по 150 на
рыло.. Правда заметно, что мы лишние на этом  празднике  жизни,
поэтому благодарим и отваливаем.
     23.00  -  в  полной темноте производим высадку на какой-то
полностью заросший кустарником берег.
     Даже байду некуда приткнуть. пятачок размером 3 на 3 метра
наверно. Как-то разожгли костер, дров в  избытке  кругом,  хоть
это  неплохо.  Костер костром, но холодно. Всю ночь постукиваем
зубами и пытаемся поспать. Ни фига. Не спится что-то.  Проходит
баржа,  волной от которой чуть не унесло наш транспорт, который
лежал в полуметре от воды. Короче, дождались рассвета,  собрали
пожитки  (громко сказано) и садимся в байдарку. Не тут то было.
В течение минуты опускается ТАКОЙ туман, что не  видно  лопасти
весла.  Благо отплыть не успели. Ждемс.
     ~6.00  -  вышло  солнце  и  туман  разогнало.  Тут то мы и
поплыли.  Вообщем по Оке примерно часов 5-6 мы и плыли в  общей
сложности.   Мораль:  даже в походе выходного дня, так сказать,
оч-чень неприятно остаться без еды и на ночевку без палатки.

     Прочие опасности, или как я со скотом бился

 Date: 30 Jul 1998
 From: Михаил Поляков (polk@nis.nnov.su)

     Туризм,  как  известно  -  занятие,  несущее потенциальную
угрозу для жизни и здоровья.
     Ходил  вот  в  июле на Керженец. Прекрасная пляжная речка,
ненаселенка.  Самые  опасные  препятствия  -   коряги.   Однако
настоящий турист всегда может найти приключения на свою ... хм,
голову, пусть будет так.
     В  последнее  утро  стояли перед Макарьевом, уже на Волге.
Ночью нас никто не беспокоил, ничего не пропало, как  и  обычно
там  бывает. Собираем шмотки. Лагерь довольно широко разбросан,
моя палатка крайняя, недалеко от дороги.
     В  это  время  показалось  идущее  мерной поступью местное
стадо КРС. Надо сказать, пастухов там нет,  коровушки  сами  по
себе  пасутся  под  ревнивым присмотром быка, но я этого еще не
знал.

    Увертюра

     И  вот стою, никого не трогаю, вытряхаю спальник. Прямо на
меня  прет  бычара.   Метрах  в  пяти  остановился,   посмотрел
неодобрительно. Кто его, скота, поймет - стоит, небось про меня
фигню всякую думает. Я не слишком искушен в обращении с быками,
но  с детства не слишком опасаюсь коров. Возьми да прикрикни на
него, чего, мол, встал, а ну, пошел! Бык,  очевидно,  привык  к
более   интеллигентному   обращению,  да  мы  зоотехникумов  не
кончали. В общем, наклонил  он  башку  и  не  спеша  попер  уже
конкретно  на  меня.  Я  отступать  (потом,  конечно, врал, что
завлекал супостата). Он рысцой. "Не успею," - печально  подумал
я.  Да  еще  в руках тот пресловутый спальник, пышный, большой,
теплый, дорогущий, купил только недавно.

    Акт первый - начало боевых действий

     Узрев  бычачью голову в непосредственной близости от себя,
любимого, и поняв, что компромисс невозможен, бью его сапогом в
лоб.  То, что с утра шел дождь, и я надел резиновые сапоги, так
осмеиваемые "новыми туристами" - перст судьбы,  не  иначе.  То,
что вообразил, будто удар сапогом в лоб способен остановить эту
тушу (тонна? полторы?) - глупость и тактическая ошибка. Снес он
меня,  как кеглю, хорошо, что бил я достаточно сильно, а потому
от него отлетел метра  на  два.   Лежу,  понимаешь,  спальником
прикрытый,  а  дорогие россияне визжат в стороне.  Счастье, что
бык - все-таки существо довольно тупое и склонное к схематичным
решениям. Если б он копытами по мне прошелся, не писал бы я эти
строки, а оценивал бы "преимущества" (я б  сказал,  "прелести")
нашего  здравоохранения.  Но  скотина упрямо лезла ко мне своей
большой, но бестолковой головой.
     В общем, бился я с ним, как заяц с орлом - ногами, лежа на
спине. Энергия, с которой я брыкался, произвела впечатление  на
разбушевавшееся   животное,   особенно,   когда   я  изловчился
несколько раз садануть его сапогом по носу  и  по  глазам.  Бык
слегка   попятился,   мне   удалось  вскочить,  и,  прикрываясь
спальником, я  еще  пару  раз  саданул  его  ногой  по  глазам,
отскочил, но контратаки не последовало.

    Акт второй - противостояние

     Некоторое   время,  минуты  две-три,  мы  тупо  и  свирепо
смотрели друг на  друга.   Спальник  слегка  намок  от  росы  и
испачкался,  что  привело  меня в праведный гнев.  Испустив еще
несколько эмоциональных и громогласных воплей, я  спровоцировал
быка   на   повторную  атаку.  Но  чем  человек  отличается  от
животного?  Умеет,  во-первых,  извлекать   уроки,   во-вторых,
пользоваться   орудиями.  Я  не  стал  вторично  испытывать  на
прочность сапоги (помните анекдот: "Вот у нас поп с  колокольни
навернулся,  так  сам  вдребезги,  а  галоши  целехоньки" ?). С
проворством необыкновенным  я  обежал  вокруг  палатки,  бросил
спальник  и  схватил  весло,  благо, как человек положительный,
имею привычку класть весла у  палатки.  Точным  колющим  ударом
звонко  стукнул приблизившегося скота по носу, бык попятился, я
возликовал, но крики "Миша, не  связывайся  с  ним!"  :-)  меня
остановили. Через некоторое время животное отступило.

    Акт третий - "выходи биться"

     Примерно  через  час,  когда  большая  часть  народа  ушла
налегке пешком, а мы на самом берегу грузили вещами  оставшиеся
байдарки, стадо вернулось. Бык меня не забыл. Встав над нами на
берегу, он минут двадцать трубно, но  не  слишком  уверенно,  а
как-то обиженно мычал. На бой вызывал, наверное. Я, разумеется,
не слишком  стремился  продолжить  противоборство.  Как  там  в
анекдоте  про  Илью Муромца и Змея Горыныча: "Пусть трус, пусть
пресмыкающееся, зато живой." Да и какая  коррида  в  отсутствие
зрителей? Бык ко мне тоже не спускался, весла-то лежали как раз
между нами. В общем, ушел он, обиженный.
     Через  некоторое время на берегу показался мужик в сапогах
и выцветшей штормовке.  Я гневно  воззвал:  "Мужик!  $%#&  ^$#*
%$@,  чего  это твое стадо тут без присмотра шатается?!". Мужик
офигел: "Это не мое стадо!" В общем, туриста или  рыбака-соседа
принял я за пастуха, а пастуха-то и не было.

    Но уроки истории не советуем мы забывать

     Счастье,  что  все  так благополучно, по крайней мере, для
меня, кончилось. Все же существенно  разные  весовые  категории
быков  и  людей не внушают мне куража повторять такие поединки.
Как бы я вел себя теперь в аналогичной ситуации?
     Если  идет стадо - лучше уйти в сторону. Не надо держать в
руках одежду или те же спальники и, тем паче,  трясти  ими.  Не
надо орать на _быка_. Не надо смотреть не него пристально.
     Если  уж бык попер - не надо стремиться остановить его, по
крайней мере, ударом в лоб. Наверное, бежать тоже  не  следует,
лучше проворно спрятаться за дерево.
     Скромнее, в общем, надо быть.

     Да вообщем-то я уже даже не иду, а время от времени делаю опору на набегающую волну ...

 From: Dmitry Dunaev (dmitry@dionis.kfti.kcn.ru)
 Date: 29 Sep 1998

     Дело  было  в моем первом настоящем каячном "выезде" на реке
Илекса,  что  в Архангельской области. Опустив жуткие подробности
заброски  и  блужданий  по  озерам сразу перейду к месту, где мне
первый  раз  на реке кипятком писать захотелось. Отнюдь невысокая
категория  реки  и  практически  полное  отсутствие препятствий в
верховьях  совсем  расслабили каякеров в группе, и меня заодно. В
одно   хмурое   дождливое  утро  надо  нам  было  пересечь  озеро
Монастырское, около 10 км при ширине 3..4 км. Ну так вот подходим
мы  к  этому  озеру  -  с виду ничего особенного. Ветер умеренный
боковой,  волны  слабо  бьются  о  борт  каяка. Командир решает -
"будем  идти",  т.е.  ждать  два  наших  катамарана не будем. Раз
сказал  командир,  то  так  тому  и  быть - мне, чайнику, спорить
вредно,  хотя  идти  такое  большое  пространство  на  моем каяке
страшновато.  Здесь  тоже следует сделать лирическое отступление.
Изначально  в  поход  я  собирался  идти  на  КНБ, да шкура у нее
приказала  долго  жить,  вот  пришлось взять маленький спортивный
КНК,  добавить  к  нему  поддува  от  байды...  Вообщем сначала я
садился  в каяк, а потом поддувал его (так чтобы вылезти, случись
что,  можно  было).  Вот  на этом иду "в открытое море". Отойдя с
полкилометра  чувствую - дело плохо, ветер усиливается, с волнами
я  не  справляюсь.  Да  вообщем-то  я уже даже не иду, а время от
времени  делаю  опору  на  набегающую волну - т.к. волны сбоку...
Кричу  начальнику  - мол, проблемы. Остальные меня выговаривают -
мол  чего  паникуешь  - лучше глиссируй на волнах. Но это дело не
для  меня и я вытребовал себе самый большой каяк, а свой на время
прохождения  озера  выдал  начальнику.  Пока  происходил  процесс
обмена  ветер  усилися  и  волна поднялась. То, как встретило нас
озеро    бодрости   никому   не   прибавило.   Начальник,   желая
продемонстрировать,  что каяками я менялся зря вылез на ближайшую
волну,  но  вместо  глиссирования  сделал, как выражается В.Юрин,
крен на 179 градусов, однако успешно встал и больше экспериментов
не  повторял.  Впечатления,  оставшиеся от перехода - это ужасная
качка,  ветер и холод. Иногда в яме между волн появляется светлая
дека  каяка...  Вообщем три часа этого "развлечения" вдоль берега
озера  все-таки  приводят  нас к истоку реки, но сколько пришлось
пережить...

 Выводы:
 ~~~~~~~
1.  Даже  если  ты  крутой каякер нефиг соваться в явно штормящее
    озеро. Ничего приятного там нет.
2.  На  открытом  прстранстве  каяк  должен быть подстрахован как
    минимум  еще  парой каяков, байдой или катамараном. Особенно,
    если до берега далеко, а погода портится.
3.  Не  стоит  переоценивать  силы новичка, в самый ответственный
    момент,  на  самой середине озера, он может "сломаться". Надо
    плавно затаскивать в подобные авантюры, или хотя бы создавать
    видимость, что "все идет хорошо".
=================================================================
Best regards,  Dmitry            mailto:dmitry@dionis.kfti.kcn.ru

     Именно зам руководителя первым сказал, что пора бы веревки достать

 From: Boris Mordasov

Эту историю рассказал мне человек, который сам не был ни свидетелем,
ни участником описываемых событий. Поэтому мне сложно гарантировать
полную достоверность описываемых событий, но общая канва, надеюсь,
будет соблюдена.

     Это  была  сильная  команда. Они ходили вместе много лет -- в различных
комбинациях в разных группах в разные походы -- но это была  единая  команда
со   своими   сильными   и   слабыми   сторонами,  со  своими  традициями  и
привязанностями.
       Перед  одним из походов их попросили взять нового участника.  Новичок
вовсе не был новичком в туризме -- его фамилия (точнее,  фамилия  его  отца)
была  хорошо  известна  в  туристском  мире.  Да и сам он имел нехилый опыт.
Настолько нехилый, что стал заместителем руководителя группы.
       Все  было нормально, команда эта никогда не была замкнутым клубом. Но
выяснилось, что новый участник в словосочетании "спортивный  туризм"  делает
ударение  на  первом  слове.  Остальную  же часть группы спорт в чистом виде
интересовал едва ли не в последнюю очередь.
     (Пытаясь  изобразить  объективность,  замечу,  что лично мне по душе
позиция одного из моих руководителей, который в очень сложном походе,  когда
требовалось  скремниться,  говорил: "У нас же спортивная "пятерка"!" а когда
обстановка позволяла немного расслабиться, напоминал, что он в отпуске, да и
вообще, мы все отдыхать сюда приехали...)
      Всех подробностей нарастания конфликта никто, наверное не вспомнит, но
некоторые детали сохранились. Например, можно представить реакцию  непьющего
человека, когда он обнаруживает, что именно ему приходится тащить в заброску
портвейн (!). Можно представить реакцию группы, когда в "чужой монастырь  со
своим уставом".
       Противоречия  нарастали,  дело  дошло  до того, что любое предложение
зам.руководителя, даже самое разумное, встречалось в штыки.

     Один  из  перевалов, который им предстояло пройти, до этого был пройден
лишь единожды. На  спуске  стало  выясняться,  что  группа,  заявившая  этот
перевал  как  первопрохождение,  похоже,  вовсе  его  и не ходила: уж больно
сильно отличалось описание от  того,  с  чем  пришлось  столкнуться  "нашей"
группе.   В  конце  концов  крутизна  склона  стала  такой,  что  надо  было
организовывать страховку. И начальник уже набрал  воздуха  в  легкие,  чтобы
отдать соответствующую команду. Но его опередил зам. Именно зам руководителя
первым сказал, что пора бы веревки достать.
     И был дружно послан.

     Они отделались достаточно дешево: "всего лишь" переломом руки одного из
участников...

     Солнышко светит, ветер в морду, естественно без фартука

 From: Dmitry.Tarakanov@p88.f931.n5020.z2.fidonet.org> wrote:

 AK> вряд ли даже полные чайники сумеют утопить байдарку на ровном киле. А уж
 AK> если перевернуться - говорят, байдарочки - почти целенькие -
 AK> частенько выкидывает потом на берег. :-\ Так что дело не в баллонах.

     В отдыхательном походе, на моей байде(Т2) пошли самые опытные люди(если
не сказать - единственные). Перегребали Энгозеро, последний плес до станции.
Остальная  команда(невз@#$ый  кат, Т2 и С3) пошла в Калгу. Под 45 градусов к
ветру, прикрываясь островом. По открытому месту ~100м и то, Т2 нахлебался по
самые  небалуйся,  когда  вышел  из-за  острова.  А мой экипаж, пошел в пос.
Энгозеро пополнить командные запасы хлеба и печенья. Так вот,  нам  кабанам,
прикольно по-началу было. Солнышко светит, четкий вморду, переднего поливает
по шею(ессно без фартука), на одном весле - стоим на месте. Прошли четвертую
часть.  Да  вот  незадача, веторок немного усилился. А вот теперь начинается
серьезно. Я прикинул, что
     1)воды - уже литров 20-30.
      2)чем больше воды в байде, тем быстрей она прибывает и тем меньше наша
скорость. Причем в данном случае,"на глаз" можно до берега не дотянуть.
       3)Повернуть  уже  не  представляется возможным из-за волны.  с другой
стороны:
     1)Ходить по ветру(т.е.назад) можно и по-отдельности:)
        2)Чем   ближе  к  противоположному  берегу,  тем  волна  меньше.   В
результате, мой матрос застремался(я не мог, так-как не на шутку приболел  и
сидел  на  "колесах")  и  очень  так  живо  погреб  вперед.  И  так  - около
километра...  Когда мы подходили к берегу - воды было было  по  деку.  Иными
словами,  если  бы  берег  был  бы  на  200  метров дальше, то мы бы утонули
однозначно. Хоть и с парасятами, но перед двумя неделями похода,  байда  еще
тяжелее воды. Вот тебе и озера.
       Этим  примером  я хотел показать, что озера тоже бывают коварны. Чуть
ветерок изменился.

       В другой раз, мой друг В.Синянский рассекал в тех краях. Живенько так
шел.  Полный штиль, вода спокойная. И вдруг, посередь плеса сел на  одинокую
плиту. До берега - не менее 2 км в любую сторону, а он сидит. Hу он, не будь
дурак, выпрыгивает в своих болотниках за борт, стащить чтобы значит,  и  ...
уходит под воду с головой. Только кепочка осталась. Байда между тем снялась.
Каково же ему было в болотниках залазить в Т2, да еще при его комплекции.  А
вот  теперь прикинь, что его на то же место бросило бы в шторм. Водичка 8-10
градусов, могла бы не дать доплыть до берега. Читать мели по  волнам,  не  в
первый поход учатся.

     Вот  еще  вспомнил.  Совсем  дурной случай. Мы с Леной здавали какие-то
экзамены, в то  время,  как  вся  наша  команда  отмечала  здачу  сессии  на
Иваньковском.  Hу,  приплыли  они  за  нами,  опаздавшими вдвоем на С3. Пока
ждали, пока за встречу - ветерок  разгулялся.  И  что  ты  думаешь,  аккурат
посередине  маршрута  до  лагеря, расстегивается фальшборт. Если учесть, что
еще раньше предательски расстегнулись нижние стрингера, а привалы у Димки на
карандашах,  то  ясно, что положение четырех "дураков в одном тазу", изрядно
принявших за встречу и на подвернувшейса по пути  свадьбе,  возле  памятника
Ленину,  было  катастрофическим.  Байда  складывалась  пополам. И всего-то -
несколько совпадений... Двое покинули судно. Что-то  удалось  застегнуть  на
ходу.  Жаль,  не  удалось  сфотографировать диаметр глаз турья на берегу, на
который эти двое вышли из бушующего моря. Один с веслом, а другой в спасе  и
с кружкой(которой до крушения непрерывно отчерпывал). Оба дрожат, но лыка не
вяжут. Тот, кто в спасе, достает компас,  покачиваясь  ориентируется,  ткает
рукой вперед, и оба, молча скрываются в чаще леса....
       ...  ну  да я заговорился. Мораль-то всех басен в том, что порог - он
всегда один и тот-же. Во время  его  прохождения  практически  не  случается
чего-то,  к чему ты не готов, раз в него пошел. Далее, на берегу тебя (м.б.)
страхуют, да и байда далеко без тебя не уплывет, хотя поломаться может,  но,
повторяю,  в  пороге  ты  ожидаешь приключений и адекватно готовишься к ним.
Другое дело в 2км от берега.  Если изменился ветер, или  произошла  какая-то
нештатная  ситуация,  то она будучи мелкой неприятностью в реке, может стать
катастрофой на озере.К

     Собака в байдарке

 From: Artem B. Krestinine

Было  прикольно наблюдать, как в пороге плывет судно с матерящимся капитаном
и мечущейся по байде собакой, соскальзывающей задними лапами в бурлящую воду
и отчаянно лающей на всех и вся.

     На  закрытии  сезона  по  ТВТ  на  Истре.  Менее  чем на 50 м дистанции
навешены ворота с номерами от 14 (вроде бы)  до  23  -  этакий  частокол  из
вешек.  Соревнования  в самом разгаре, трассу идет пластиковая двойка, в ней
два мужика  спортивного  вида,  гребут-упираются  композитными  коленвалами.
Мужики  идут  молча,  технично,  красиво и быстро, спортсмены, одним словом.
Лодка вынуждена постоянно "вальсировать", крутиться - разворот  на  180  при
заходе в обратные, траверс под другой берег, разворот на 180 при заходе...
     Так  вот,  все  бы  ничего,  да  только за ними, отставая метров на 10,
плывет самосплавом собака - здоровенный восточноевропейский кобелище. И плыл
он не просто так, а точно следуя за хозяином, т.е. СОБАКА_БРАЛА_ВОРОТА вслед
за лодкой!!!  Судьи  начали  возмущаться:  почему  это  в  свободном  классе
выступают  участники без номеров, да еще и не включенные в протокол? На всей
связке собака промахнулась только мимо двух  ворот,  а  все  остальные  были
взяты без штрафов.
     А  на  второй  пес  повторил свой героический заплыв, только решил, что
лучше плыть быстро, а не точно - в  результате  он  довольно  быстро  догнал
лодку  и  во  время  одного  из  ее эффектных разворотов угодил прямо ей под
днище. Был притоплен, хлебнул водицы пастью и ушами, получил  несколько  раз
очень  больно  веслами  по  башке  и  хребту  (не  специально)  и был громко
отматерен хозяином.  Но и после этого продолжил свой путь к финишу.

      * Вадим Семусев, Казань. Хотя  кто  безгрешен,  пусть  бросит в меня камень

 From: eldorado5@kai.ru
 Date: 21 Feb 1993

       Решил  внести  посильный  вклад  в  дело  создания сей поучительной и
увлекательной книжки, благо фокусов немалое количество видывал.  Да  и  сам,
случалось,  выкидывал.  Хотя  кто  безгрешен,  пусть  бросит в меня камень (
каску, кружку, кошку, весло, миску, ложку... можно сухарик, ножей  не  надо.
).
     Итак, приступаю, соблюдая хронологический порядок.

     Эпизод первый. "Вода уходит..."

     Год 1990, 29 апреля - 3 мая, р. Сакмара ( Южный Урал ).

     У нас половодье в тот год прошло  рано  и вся вода уже утекла. И, чтобы
не пролететь, мы рванули на Урал. Мы - это я и "кэп". Ну да, вдвоем поперли.
Стартовали спешно: думать некогда -- "вода уходит"! Для меня это была первая
вода, а тут еще "таймень"... Короче: кто плавал, тот поймет.
     Едем.  Шьем  в  вагоне  спасы, клеим для них  подушки.  Проливной дождь
вторые сутки. После Уфы гляжу в окно паровоза. Дела... У нас воды нет давно,
а тут... Земли совсем не видно. Ёлки, березки и прочий древесный хлам торчит
прямо из воды по обе стороны железки. Радуемся: "Успели, застали воду".
     Стапелимся прямо в поле у  моста, поскольку пляж "кэп" не нашел. Да его
в тот год никто  не нашел. Смыло пляж к чертовой матери. Или еще дальше. Все
на поле и встали. Кто отдыхает после  дороги, кто кашеварит, кто суда лениво
мастерит.  А поскольку нам надо больше всех, то мы  и собрались первые. Меня
сажают вперед, я не спорю. Стартуем! С берега поздравляют с  почином, ручкой
машут, зубы скалят. Конечно, с берега всегда лучше видно.
     Еще в  поезде  мне объяснили,  что на  "Яман-Таше" будут соревнования и
главное не налететь на КСС. Поскольку мы вдвоем и без бумаг. Если что, будем
врать, будто остальные сзади  тащатся. А мы  вроде  разведки.  И вообще, вся
"интересная"  река  часа на полтора  ходу. За  "Яман-Ташем"  остается только
течка слабая. А до "Яман-Таша" один порожек и прижимчики. Но я таких слов не
знаю - мне эта информация как рыбке зонтик.
     Сидеть впереди мне  не очень  понравилось - одиноко как-то.  Ну да  что
делать?
     Очень  быстро  ( минуты  через  три  ) мы въехали  на какие-то  горочки
водяные. Это, оказывается, были "валы". И первый же вал нашим  фартуком меня
поверх каски и укутал. Пробую приладить его  обратно, поскольку, несмотря на
продолжающийся дождь, замерзнуть я еще не успел.
     "Прижми его чем-нибудь", - командует "кэп".
     Пытаюсь.  Фартук настроен  агрессивно,  на мои попытки плюет,  время от
времени снова  норовит проявить обо мне заботу. Так я "развлекаюсь" какое-то
время,  параллельно пытаясь  найти  логику  в  поведении байды.  Надежды  на
подсказки и команды "кэпа" рассеялись сразу после старта. Кормчему  некогда.
Тоже занят  чем-нибудь  наверное,  мне  не  видно.  Но  междометия  и  знаки
препинания долетают  иногда.  Вдруг нас  очень  крепко как  шарахнет справа!
Подлетели вверх влево, потом долго ( я о мно-огом успел подумать ) скользили
на левом боку.  Но  выровнялись,  отплевались.  Глядим, на  бережке здоровые
такие ребятки кат-4 починяют, поперечина накрылась.
     "Что это мы прошли?" - кричит "кэп".
     "Порог "Камень" - отвечают, переглядываясь, ребятки.
     "Что это они брешут? Нет в моей лоции такого" - ворчит капитан.
     Идем дальше, привыкаю понемногу. Еще через какое-то  время "кэп"  решил
вылезти  на  правую скалу -- "разведать" (!). Полезли,  хотя гнулся я уже со
скрипом:  ливень, мордодуй, и около 10 по Цельсию. Смотрю, начальник достает
рулончик  бумаги,  шириной  эдак  сантиметров 12. Да,  думаю, нашел время  и
место!  Однако  оказалось  эта  бумажка  лоцией.  Через  всю  метровую длину
нарисована тощая многоножка,  вокруг  нее разные значки и буковки. Поглядело
руководство на бумажку  с одного  конца, с  другого...  Оглянулось вокруг...
Потом еще раз... И еще два или три раза все это повторило...
     И молвило:
     "Да  мы уже проскочили "Яман-Таш"  этот.  Большая  вода. Залило все  на
фиг".
     Нда... Обидно мне стало. Ехали, спешили...  И вот  на тебе. Но не ждать
же,  пока вода спадет. Тем  более порог уже позади. Поплюхали дальше. Валы (
стоячие косые через  все русло )  крупнее пошли. Еще крупнее. Вдруг слева на
берегу сигналит мегафон, люди в оранжевых куртках  заметались, руками машут,
орут что-то.
     "Может у них случилось чего?" - вопрошаю капитана.
     "Может" - глубокомысленно соглашается капитан.
     "Чалься влево!!!" - доносится до нас из мегафона.
     Во крепко ребята попали, думаю. Взлетаем на очередной гребешок. Высоко,
однако! Все хорошо видно.

     Смотрю...  А кроме  нас на  воде  никого  нет! И  доносится до меня уже
следующая речь:
     "Чалься влево!!! Впереди порог!!! Чалься!!! Трах-тибидох-тарарарах!!!"
     Чего  орет? Какой  еще порог?... Мы же  все  прошли...  Ну  и дела... А
поскольку  сориться с  КСС  в наши  планы  не входило,  решаем  чалиться. На
следующий гребень взлетели уже лагом...
     "Шлюпку на воду!!! Все готовсь!!!" - надрываются на берегу.
     Ужасно нервный какой-то КСС в Башкирии. Развернулись на валу, подходим.
Ткнулись  байдой  прямо  под  ноги  огромному  мужику  в  оранжевой  куртке,
увешанному спасконцами, мегафонами и прочими атрибутами спасения.
     Севшим голосом мужик рявкнул:
     "Вы знаете, там-татам-тарарам, что до "Яман-Таша" 20 метров всего?"
     "Нет" - говорим. "А где остальные?" -- второй  вопрос. "А мы вдвоем"  -
отвечаю я.
     Вытаращил дядька глаза, сжал кулаки, потемнел лицом,  набрал  воздуху в
могучую грудь... Но махнул обреченно рукой,  с  шумом выдохнул, повернулся и
потопал  прочь,  бормоча   в  свою  бороду  монолог  с  большим  количеством
восклицательных знаков.
     Ну а дальше уже совсем неинтересно.
     Стояли  мы  на  пороге почти  два  дня и  немало повидали за это  время
всякого. Кое-кто зачалиться не успел, кое-кто  не  захотел - утекли в порог.
Вытекли не все.
     Соревнования из-за большой воды отменили. Второго мая  прошли мы третью
ступень и  ходу  дальше. Плывем по лесу.  Потом замечаем  на коренном берегу
турье  и отвечаем  на вопрос:  "Вы  там в  лесу нашу байду  не видели? Их на
деревья  кинуло.  Целый день  уже ждем..." Плывем по улицам пустых деревень,
сочувствуем воющим на крышах сараев собакам. А сами думаем:  "Как  же  здесь
люди живут? Их топит каждый год, а они все терпят!"
     И так далее...

     Мораль:
     Брат турист, не пренебрегай информацией!  Не жалей сил, нервов, времени
и  т.д. при подготовке маршрута.  Обязательно  зачтется. Проверено  на  себе
неоднократно.

     Эпизод второй. "Чего думать... Лезть надо".

                                  Год 1991, август. Матча.

     Перевалили на Кшемыш.  Устали немного.  Три  парня и  одна  девчонка, а
тащим  много:  снаряга и жрачка по максимуму.  В планах облазить здесь  все.
Завтра дневка. Здоровья набраться надо, да и погода не радует -- третий день
дождит.  Опять  же  нужно сбегать налегке наверх  - поглазеть,  как там чего
нынче. Свежего снега,  наверное,  полно.  Вокруг никого. Заснули. Около двух
часов ночи  разбужены  грохотом камней. Хотя  валиться здесь  вроде  нечему,
выпрыгиваю наружу. Повторный грохот  сопровождается  сочным  русским  матом.
Свои все дома. Обращаюсь к темноте с вопросом. Судя по реакции гостей у  них
все  целы. Только "маленько" недовольны темнотой  и  тропу  им  какой-то гад
неровную  подсунул. Залезаю  в спальник, утро  вечера  ( а тем более ночи  )
мудренее. В семь утра ухожу  на разведку и  знакомлюсь - минчане. Семнадцать
человек. Только просыпаются. Руководитель - женщина.
     "Выйдем часов в девять" -- говорит.
     Собираются идти тот же  перевал, что  и  мы.  Только мы  завтра, а  они
сегодня. А дождь так и  идет... Намекаю  на погоду и  время. Смотрит как  на
идиота.
     "По нашему описанию часа три с половиной  на  подъем, полтора на спуск.
Перевалим без проблем" - отвечает рижская "рука".
     Справка: Набор 1200 м. Сыпняк, фирн, потом скалки, карниз.
     "Хорошо бы по холодку, с утра, пока не оттаяло" - робко молвлю я.
     Реакция - ноль.
     Ухожу   наверх.    Бегаю,   разглядываю,   прикидываю,    фотографирую,
восторгаюсь. Снега по самое не хочу, и даже выше. Возвращаюсь мимо перевала,
смотрю  -  лезут минчане. Только начали, хотя  время  уже 11.00. Да  и  идут
как-то странно... Заперлись в самый крайний левый кулуар и со стены сыпет на
них с ритмичностью маятника. Мне в бинокль все это замечательно видно. Через
каждые 10 минут прячутся от обстрела под рюкзаки,  "крики восторга" долетают
даже сюда. Веселятся на полную катушку, одним словом. Да и мне не скучно  на
них  глядеть.  Но  тут  кино  кончилось: дождик превратился  в град, перевал
накрыла облачность. Даже сверкнуло пару раз. Ничего не видно - пора к своим.
К котлу поближе.
     Распогодилось к  вечеру, ночью  мороз врезал. Во,  думаю, это  для  нас
погодка.  Подъем  в 3.00,  выход  в 4.00. Побежали  наверх  по ребру. Быстро
бежим, все смерзлось. Замечаем слева непорядок, подходим. Ага,  ночевали они
здесь. Куски грязного бинта, ваты и  т.д. Вокруг  обрывки веревки,  тентов и
следы  недоконца переваренной  желудками  еды... Да,  мрачновато.  Сняли  их
записку на седловине. Прошли  за час до нас.  Тон записки бодрый, жалоб нет.
Ну и слава богу.

     Мораль:
     Прежде чем сделать, три раза подумай. А потом еще пять раз.
     Даже если ты очень умный! Тем более если ведешь людей!!!

     Эпизод третий ( в двух действиях ). "Спокойной ночи".

                              Год 1991, август. Матча.

     Действие первое.

     Пора  домой,  остался  последний перевал. Несложный,  но  нудный. Скалы
вперемешку с  живыми  осыпями.  Ночуем под  самым взлетом.  С утра  начинаем
"пыхтеть" наверх.  Влезли, перекусили, отдохнули.  Посмотрел  спуск: сыпняк.
Заглянули вниз: на площадке, где мы ночевали,  устраиваются  знакомые  чехи.
Двое парней и девушка Лена. Завтра полезут сюда. Пора и нам вниз, уже 15.30.
По  сыпухе  быстро,  как  на  лифте,  сбрасываем  высоту.  Глядь,  встречное
движение. Снова двое парней и девушка, только  из Питера. У каждого висит на
системе железа  разного  min  по  3-4  кг.,  включая разнообразные  молотки,
жумары,   скальные   крючья   и   прочие   экстравагантности.  Гремя   своим
"металлоломом", упорно лезут наверх по сыпухе.
     "Видать  технари,  - завистливо  вздыхаю  я. - Только  почему  каски не
надели?"
     Усаживаемся рядом. Сегодня планируют перевалить и спускаться. ??? Да им
еще  наверх часа  два в лучшем случае!  Ребята  категорически  не  согласны.
Обмениваемся информацией и расходимся. Через два часа в сумерках поглядываем
из палатки на седловину. Темнеет, холодает, ветер поднялся...
     ЗАНАВЕС.

     Действие второе.

     Славный город Канибадам, вокзал, пять дней спустя.
     Утешаем знакомых чехов. Они сделали предварительный заказ в Ташкенте на
обратные жд и  авиа  билеты. Заплатили  деньги и  должны были получить  свои
билеты здесь... Незнакомы  ребята  с  реалиями нашего востока. Наверное,  не
смотрели фильм: "Белое солнце пустыни"...
     Болтаем. Спрашиваю, как последний перевал.
     "Нормально. Только перед перевалом всю ночь не спали" -- отвечает Лена.
     "Почему? Отличная же площадка. Мы тоже там ночевали".
     Оказывается, история с питерцами имеет продолжение!
     Влезли  они на седловину.  Отдохнули и начали спуск. Нет бы  по  сыпухе
скатиться...  Решили  слезать  по  скалам. Темнеет,  холодно,  а  они перила
мостят. Ну в темноте и сверзился один парнишка вниз! Рюкзак до палатки чехов
докувыркался,  а  хозяин где-то по дороге зацепился ледорубом  и повис. Двое
"подельников" поставили палатку на седловине да заночевали, а этот герой так
всю ночь в одной анорачке на ледорубе  и проболтался! Утром взошло солнышко,
оттаял  бедолага,  скатился  благополучно  вниз.  Напоили  его  чехи  какао,
собственными  шмотками из  рюкзака он утеплился и  повеселел.  Пока чехи  на
перевал  лезли,   им  в   след  все  матюки  доносились.  Это  он  аргументы
репетировал, ожидая товарищей.
     "А что не спали-то?" -- спрашиваю Лену.
     "Да  парень  всю ночь песни  пел, чтобы  не  замерзнуть. Уж  очень орал
громко".

     Мораль:
     Без слов.

     Данила Ширяев. Шахматы

     Прочитав  "Вода  уходит"  вспомнил про почти аналогичный случай с нами.
Год эдак 90 был на дворе. У нас за плечами  немерянная  куча  всяких  водных
(про пешие речь не идет даже) 2-ек, 3-ек, и что-то типа 4 с примесью 5 или 5
с примесью 4 (Она со всеми сплавными притоками по  большой  воде),  в  общем
ощущали  себя  довольно крутыми водниками.  Естественно, на соревнованиях на
местной речушке в Новосибирской области, которая летом воробью по  колено  и
интерес  представляет  лишь  один  порог  да  и  то только весной в паводок,
хотелось выпендриться. Состряпали мы  накануне  мааленький  катик-  двоечку.
Причем,  что  он  такой небольшой узнали только когда поставили его на воду.
Просто игрушечка.
     Воды  в  тот  год  было много. Дружок мой был на этих соревнованиях год
назад воды было мало, и предложил мне скатится по речке до порога и до места
соревнований   в  т.ч.  Ну  конечно  лучше  плохо  ехать  чем  хорошо  идти.
Взгромоздились мы на двоечку, вода под  задом  практически  плещется.  Идем.
Конечно,  о  спасжилетах, касках даже мыслишки не было. Мало того дружок мой
после преодоления болота и метров за  500  до  порога  предлагает  разыграть
сцену  игры  в шахматы.  Натурально, из рюкзака достаются складные шахматы и
два  придурка  склонившихся  над  ними  показывают  картину  "Приплыли"   50
человекам   вывалившим  на  берег.  Организатор  этого  шабаша  "Борода"  за
неимением матюгальника ревет почище парохода "К берегу,  вашу  мать,  чалься
с.. дети", и граблями пытается имитировать процесс чалки.  Приняв эти пляски
(не его одного кстати, с  десяток  человек  прыгало  также  и  орало  что-то
соответствующее)  за  ритуальные  танцы  народов  Сибири, не перекрестившись
ухнули в слив. Надо сказать немного про  сам  порог.  Слив  около  2  метров
водопадного типа по центру и с приличной бочкой внизу. А учесть то, что воды
было очень много, а длина нашей двоечки тоже около 2 метров...  В  общем  не
успев  сказать  ни  мама  ни  мать,  меня  как котеночка вырвало с двоечки и
затянуло в бочку.  Открыв  глаза  под  водой,  думаю,  что  наружу  то  меня
выпускать не хочет вода (без спаса все-таки), надо наверное весло выпускать,
выпустил, ничего не происходит, опять стал  думать:  "Наверное  тону".  Хотя
паники никакой однако так вот просто в ручье захлебываться не хочется.
     И  вот  однако,  понесло маленько от бочки. Нащупываю под ногами что-то
твердое пытаюсь опереться и после энных секунд борьбы с течением и капюшоном
штормовки  удалось  вдохнуть  глоток  воздуха и пошатываясь вылезти на берег
метрах в ста от порога.
     В  это  время  обалдевший  от  нашей  наглости народ на берегу наблюдал
картину. Дружка моего после моего аварийного схода  с  ката  и  последующего
киля  отбивает  вместе  с  катом  на  другой  берег  где он и пляшет пытаясь
проникнуть взором на дно речное. Меня ищет. Народ  в  это  время  на  другом
берегу мечется, пытаясь сообразить что делать, то ли морковку бросать, то ли
в деревню за багром сразу бежать.   Рассказывают,  полминуты  спустя  в  100
метрах  к низу появляется капюшон без признаков жизни. "АГА",- думает толпа,
"все-таки потонул", но чу, 5 секунд спустя из под  воды  появляется  рука  и
пытается этот капюшон содрать. "Ан нет мерзавец, живой".
     Отделались мы довольно легко, хоть вода была градусов 5, но температуру
быстро заравняли (добавив 40 внутрь). С меня стащило кед, утонуло  весло  и,
конечно, шахматы. Но 5 лет спустя в этом же пороге и на тех же соревнованиях
хоть и при совершенно других обстоятельствах потонул парнишка. А я в прошлом
году  там  же  при  средней воде на соревнованиях на наикрасивший киль, имея
объемнейший спас, каску,  гидрашку  и  8-летний  опыт  сплава  этого  порога
простоял  в  бочке с минуту в автономе и изрядно водички нахлебался (и палец
на ноге приморозил. Так что мораль сей басни такова- не шутите со стихией, а
то она пошутит над тобой, концов, натурально, не соберешь.

     P.S.   Ту   двоечку   мы   теперь   используем  исключительно  на  этих
соревнованиях с одной целью - отработка техники киля.
     P.P.S.  Однако, девчонки в тот вечер после нашего шахматного выпендрежа
были все наши.

Danila                          mailto:danila@cip.nsk.su

     Картина маслом - ПСН жует в бочаре в 3 метрах от берега

     From: Константин Болтов (mbis@mail.convey.ru)

     Типичный  пример  - наши коллеги по работе, которые ходят на ПСН-4. Вот
вернулись в субботу с Лоймолы-Уксы, сегодня пришли в оффисе. Фотки принесли.
Суть  в  том,  что  после жужжания в офисе и просмотра наших фоток они стали
потихоньку то  касочку  просить  на  поход,  то  спасиками  пенными,  взамен
авиационных желтушников, запасаться. Пустячок, но приятно.
     Так о чем это я? А, рассказали они страшную историю, как в первый раз в
жизни пошли в серьезный порог - в Уксовские падуны.
     Стало  быть,  дошли  они  до  падунов,  посмотрели  на первый. Вода там
подупала, судя по рассказам. Один экипаж (было 3 ПСНа) пошел.  Скучно  после
шкуродерчиков-то. Ну, все пучком, прошли. Остальные обнеслись, пошли дальше.
Доехали до второго. Посмотрели. После успеха на первом решили идти все,  тем
более  лень обноситься. Пошел первый - ОК. Второй - ОК. Третий пошел. ЗАехал
в бочку, там его сложило пополам, раскинуло обратно  и  потащило  под  слив.
Сели  они  там.  Колбасит  их так минуту. На берегу народ стоит с фотиками и
камерами, все раздетые такие уже, без спасов и т.д.
     Ну, кинули они им морковку (тоже догадались ведь сделать, чтоб все было
как у больших :), благо до берега всего несколько метров. Поймали там, стали
тянуть.  Дзыньк!  Накрылась  веревка  8-0.  Все  дело в том, что купили они,
конечно, яркую, но она оказалась каким-то х/б-шным линем. А он при  нагрузке
возьми  и порвись. Все. Картина маслом - ПСН жует в бочаре уже вторую минуту
в нескольких (3-4) метрах от берега, на берегу стоят мужики и не  знают  что
делать - последняя морква порвалась.
     Короче,  развернуло  их  в  конце  концов  бортом.  А надо сказать, что
ПСНщики - они тоже не простые. Для жесткости вдоль бортов  ставят  усиления.
Да  вот  незадача  -  у  предыдущих  была дюралевая рама, незамкнутая только
сзади. У этих - две палки вдоль бортов (они там,  как  я  понял,  хрякнулись
когда  их складывало). Соответственно, веревочки для привязывания там всякие
и т.д. И кусок оборванной морквы. И тут один человек вываливается под слив и
их тут же с нарушенным балластом кладет. Трое побулькались и вылезли сами, а
четвертый как-то странно то всплывет, причем видно  только  лицо,  то  опять
уходит  под  плот.  Как  оказалось,  он  запутался  в  веревках, примерно на
трехметровом конце. Болтало его там не одну  минуту,  причем  скрывался  под
плотом  он  по  нескольку десятков секунд. Кончилось все тем, что в какой-то
момент человека оторвало от плота и промыло как раз на длину веревки. И  он,
как водяной якорь, вытащил за собой судно. Когда вытащили был почти никакой,
но откачивать, к счастью, оказалось ненужно. Остальные падуны  они  обнесли.
Вот такая трагиоптимистическая история...

     Начальник не должен расслабляться до конца похода

     From: Иван Кузнецов (ikuznets@pop500.gsfc.nasa.gov)

     1. В майском походе по речке Сума  в Карелии (1977 год) перевернулись в
завале и погибли  двое знакомых.  Они плыли в болотных  сапогах  - тогда это
было отчасти оправданно, поскольку глубина мокрого снега на подходах к речке
была  заведомо  выше  метра. Оба  парня имели  мастерские разряды -  один по
плаванию, другои по водным  лыжам,  и очень ими  гордились,  кроме того  они
ходили по всем  возможным в те  годы байдарочным четверкам от  Кольского  до
Саян. Но они  никогда не бывали на карельских речках  в половодье. В ледянои
воде, даже со  спасжилетом, мастерство мало помогает,  поскольку речки в тех
местах разливаются в половодье на десятки километров. Я же сапоги в байдарке
снимал (и их уговаривал, а они надо мной  потешались) -  и оттого, хотя тоже
переворачивался там, выплыл и выжил.  Правда, пришлось добираться три дня по
мокрому снегу до жилья - но это не смертельно.
     Мораль: даже если  ты  эксперт  в каком-то вопросе, неплохо  бы слушать
советы.

     2.  Памир,  1976  год.  Метеостанция   "Ледник  Федченко".  По  леднику
спускаются горные туристы, с высокого  быка,  на котором стоит метеостанция,
их хорошо  видно в бинокль. Идут без связок, растянувшись  километра на три.
Первые  приходят  к  метеостанции.  Отдыхают  пару часов.  Последний еще  не
подошел. Тем не менее, они собираются уходить вниз к Алтын-Мазару. "А как же
он? - спрашиваю. "А он  не наш", - говорят, "мы с ним встретились в Душанбе,
прошли маршрут, но он  очень хилый  и всегда отстает. А  мы торопимся. Вы за
ним последите." И,  не  дожидаясь, покуда им дадут по роже, уходят вниз... А
отставшего туриста пришлось с почти нулевым  пульсом отправлять вертолетом в
Джиргиталь...
     Кольскии, Ловозеро, 1974 год. Идем  с Ловозера на Поной. Первая ночевка
на  острове, посреди  Ловозера. Вечером  на  остров  подплывает  баидарка  с
молодой супружеской парой и умоляют разрешить  присоединиться к  нам: "У нас
первый поход, он же  медовыи месяц... То, се..." Хорошо, присоединяйтесь. На
следующии  день на озере сильнейший ветер,  выплыть  невозможно.  Пара целыи
день ссорится  -  плохая погода, холодно, скучно, мол.. Ночью ветер стихает.
Утром  просыпаемся - пары  нет,  как нет  и части  наших продуктов,  топора,
удочки и кое-каких мелочей. Ну, что поделашь, поругались  и поплыли. А потом
нам рассказали окончание  этой истории - эти молодые идиоты пошли таки вверх
по речке  Афанасии, каким-то  образом  утеряли  там  байдарку(!!!),  бросили
палатку и потом возвращались назад пешком до Ловозера по разным берегам(!!!)
реки.

     3. 1975 год, Кольскии, речка Иоканга.
     Мои товарищ  отошел  от  палатки пособирать  грибы на полчасика. Погода
стояла серая, дождливая.  Мы  его  разыскали через  полтора дня,  усталого и
совершенно потерянного,  несоображающего даже, что  все речки сливаются, как
правило, в одну большую реку, около  которои могут быть люди. Как он сказал,
все эти  полтора дня он бегал  туда-сюда, от возвышенности через  болотце  к
другой вершинке,  потом снова... Места там красивеишие, но  на свежии взгляд
однообразные. Хорошо, не убежалл очень далеко.

     1978 год.  Верхневолжские озера. Мы  с моей будущеи  женои выбрались из
Москвы  на  несколько  днеи  в лес.  Множество  грибов,  но  дождь  льет  не
переставая. До ближаишего жилья - километров двадцать  в лубую сторону. Жена


























































































































































































отходит  собрать  брусники  к  чаю.  Когда  ее  нет  уже  полтора   часа,  я
забеспокоился  и  побежал  искать.   И  нашел  -  стоящей,  как  столбик  на
пересечении  двух  зароших древних просек в километре от лагеря. Она сначала
шла, собирая ягоды, потом шла, как она думает, домой, а как поняла, что идет
не туда, выбралась на более-менее приметное место и оставалась там.

     1989 год, Карелия, подходы  к  Сон-реке.  Идем вчетвером  на Таимене-3.
Поднимаемся  вдоль небольшои пятикилометровои протоке. В-основном  проводка.
Поход  очень  разгрузочныи,  прогулочныи,  в  основном  мы  гуляем,  поэтому
настроение "пойти  в  сторонку  и  поглядеть" преобладает.  Дождь в какои-то



момент  переходит  в  ливень,  я  остаюсь  проводить  лодку,  жена  с  нашим

трехлетним  ребенком   бредут  вдоль  речки,  а  мои  приятель,  не  любящии
промокать,  остается  переждать дождь  под каким-то деревцем  на бережку.  Я
продолжаю  проводить лодку,  дождь не  стихает,  и  через  два-три  часа мы,
наконец, у озера, из которого протока  вытекает. Однако мои приятель нас еще
не догнал. Человек он, хотя и геолог по професси, с некои страннои любовью к
яснои  погоде,  и  меня  не  очень  удивляет,  что  в дождь  ему  не хочется
двигаться.
     Однако его нет и через час, и  к вечеру,  и нет его следов и  вдоль все
протоки,  которую я исходил в ту же  ночь и в ближаишие три дня многократно.
Кричал,  ходил в  стороны, стрелял - ничего. На четвертыи  день, поняв,  что

случилось что-то страшное  -  я  все думал, что  мне  сказать его маме -  мы
двинулись вниз по протоке - и встретили моего приятеля... Он,  пересидев под

деревом  ливень, и, чувствую  себя  виноватым за то, что бездельничал, решил
нас быстро догнать и срезал в одном месте путь. После этого, под дождем, уже
не  сумел  с'ориентироваться  и  гулял три  дня в лесу,  имея только коробок
спичек в кармане (и то хорошо).  Вышел он на реку чудом, посколько наткнулся
в лесу на одну из моих записок с описанием, куда надо идти, которые я за эти
три дня в изобилии развешал по всем окрестным лесам. Кстати, за эти три дня,
которые  он жил исклучительно на черничнои диете,  язва, мучившая  его много
лет, практически зарубцевалась (помнится, Ефремов написал на основе сходного
случая рассказик - только там фигурировала земляника).

     Мораль:  Не  стоит отходить от тропы или  от берега в дождливую погоду.





Если потерялся - не бегаи туда-суда  и  не ходи быстрым шагом.  Сиди -  тебя
разыщут.  Кроме того,  иметь  при  себе  коробок  спичек стоит,  даже  когда
выходишь ночью пописать - мало ли что может случиться.

     1986  год. Приполярныи Урал. речка  Илыч. Два дня  до окончания похода.
Один  из  матросов баидарки  весь  поход  настаивал,  что  ему следует  быть
капитаном, хотя никаких особых к этому  способностей в нем заметно не  было.
Однако, поскольку поход подходил к концу, ему  дали  возможность порулить. В
результате,  заидя  в  порог не  по струе, он  посадил  баидарку  на камень,
посадив на камень, он не попытался ее с камня столкнуть, а заботился о своих
проблемах, разбираясь со своим матросом (прежним какпитаном),  кто из них не

так греб. В итоге баидарку обвернуло  вокруг камня и сложило, так что, чтобы
стащить  ее  с камня  нам пришлось резать отверстие для  слива  воды в корме
лодки. В результате - потерянныи на починку день и подпорченное настроение.

     Подобные истории  - пусть со  счастливым исходом  - бывали  и  в других
походах, и у всех них одна подоплека -  человек просит о чем-то, что ему, по
вашему мнению, не по силам, и вы, или из  симпатии к этому человеку, или  от
того, что основные трудности позади, позволяете ему совершить глупость.
     Мораль: начальник не должен иметь пристрастий и не должен расслабляться
до  конца похода.  А вообще-то грех жаловаться - за свои 40 лет сходил уже в
сотню с лишним походов без особых неприятностеи.

      * From Влад(mifistu@mail.ru) ПОХОДНЫЕ БАЙКИ *

     Походникам до шестнадцати лет перед прочтением сжечь.
     Всем тем, кому на гусятнике не дают сказать слова.

     Фотографии от лени не отснятые фотографом.

     Влад. Походные байки

     Походникам  до шестнадцати лет перед прочтением сжечь.
     Всем тем, кому на гусятнике не дают сказать слова.
     Фотографии от лени не отснятые фотографом.
     "И вот многие,  рабы своего чрева и любители поспать, невежественные  и
     неотесанные, провели жизнь подобно путешественникам..."
     Гай Саллюстий Крисп. Сочинения.

     ОГЛАВЛЕНИЕ
     1. Заплыв за ЛАСом.
     2. Первая рыбалка.
     3. Пещерный теленок.
     4. Снежинка.
     5. Пробуждение на яхте.
     6. Шабашники на Приполярном.
     7. Вяленая щука.
     8. Рыбалка на кино-фото блесну.
     9. Уха, икра и водка.
     10. Сталактиты, друзы и пещерные глаза.
     11. Зачеты и пещеры.
     12. Интеллигентный отъезд.
     13. Для чего мы ходим в походы.
     14. Женская техника гребли.
     15. Змея на яхте.
     16. "Андрэ, как же ты перевернулся?"
     17. Кавказ. Зеленчук. Или жить хочешь?
     18. Погоня.
     19. О бабах.
     20. Бродил Гаврила с Калихманом...
     21. Умный трезвому не товарищ. (Риони)
     22. Сила воли.
     23. Наживка. Красное на Волге.
     24. А-а, и зеленый пеммикан.
     25. Гусятник.
     26. Встреча с цивилизацией после мужского похода.
     27. Как вылечится от радикулита, кусая свое ухо.
     28. Желающие прокатится. Водоворот на Катуне.
     29. Шабаш, полный Шабаш.
     30. Походные бани.
     31. Милосердие по-походному.
     32. Скромный ужин в избушке.
     33. Жуткие истории. Анараки, обрывы, осы.
     34. Только наши люди могут так опаздывать на поезд.*0
     35. Туалеты в Шушенском.*0
     36. Любовь к чесноку. Сказание о завхозе.*0
     37. Посадка в поезд в Ыихве.*0
     38.  Поле  непуганых  дураков,  кладбище  строящихся  кораблей.  (Поход
вгости).*0
     39. О пользе бороды. Экскурсия в храм божий с Шуриком.*0
     40. Как после пива зачалить яхту. Углич.
     41. Прохождение Рыбинского вдхр.*0
     42. А кеды подойдут? Борьба с храпом.
     43. Фотограф, сними гору! Снимаю...*0
     44. Ода вежливости.
     45. Рис, чай и ЛЭП.
     46. Рыбка большая и маленькая.
     47. Икра или жизнь. (Азов).
     48. Штопором в волну (Таганрогский залив).
     49. Брочинг с полным трюмом. (Пироговка).
     50. Большой енисейский порог. Не спеши!
     51. Прохождение саяно-шушинской ГЭС.*0
     52. Радикулит - первый признак оверкиля. "Вправо!"*0
     53. Саянский анекдот.
     54. Первый парус.
     55. Санитары производства.

     1

     Прошли  мы  очередную  ступень  Мельзейского   каскада.   Народ  побрел
просматривать  следующее препятствие, а я  отчерпал  ЛАС (Лодка  Авиационная
Спасательная) и направился помогать тем, кому  делать было нечего. Отстегнул
каску,  вытащил  из  нее   полиэтиленовый  мешочек  с  сигаретами,  закурил,
аккуратно все убрал и зачем - то опять нацепил каску на голову. Только начал
повествовать очередную историю, как раздался дикий вопль:
     - Владик!!!
     Тут я понял,  что случилось что - то ужасное кошмарное,  короче говоря,
жизнь прошла мимо. А зря. Все же оглядываюсь. Стоит Серега по пояс в воде. В
одной  руке  удочка,  а  другой  указывает  на  ЛАС. А  ЛАС в  полном боевом
облачении (с едой, барахлом и т. д.)  стоит  на середине  реки и, не  спеша,
набирает  скорость. Руководящий народ как раз пошел просматривать  то место,
куда он направлялся.
     Я  в  полном  боевом  облачении  (анарака,  бахилы,  спасжилет,  каска)


бросился  на  перерез. Рассчиталвсе  точно,  но  не  учел  того, что  боевое
облачение  "парусит" намного  больше,  чем плоское дно  ЛАСа.  В  результате
оказался  метрах  в  пяти ниже  по  течению.  Вижу  удаляющийся  ЛАС,  слышу
приближающийся шум порога...
     Стресс.  Адреналин  в кровь.... И со счастливой улыбкой цепляюсь обеими
руками за обвязку ЛАСа. Где-то  там лежит запасное весло. Правда, запаковано
оно  глубоко, да и  в одежде  пол  тонны  воды. Да...  счастливая улыбка, но
глупая.
     Одной рукой  гребу, а другой толкаю ЛАС. Спиной припечатываюсь к скале.
На меня надвигаются триста килограммов ЛАСа...
     Короче говоря: "За тех, кто в пути!"

     2

     Западные Саяны. Дневка. Сплю допоследнего грязного вопля дежурного:
     "Кто жрать!"
     Но из палатки не вылезаю, а жалобно умоляю:
     "Андрэ, же не манш па семь дней!"
     И,  хотите,  верьте, хотите,  нет,  Андрэ приносит миску  мне  прямо  в
спальник. Дневка, однако.
     Беру спиннинг  и  под дружный  хохот профессиональных  рыбаков  бреду к
речке. Они, видите ли, еще утром выловили всю рыбу. Забрасываю поплавок и...
Вытаскиваю хариуса.  Народ молча смотрит на рыбу, потом на  меня и  снова на
рыбу. Хорошая рыба, красивая.
     Забрасываю  во  второй  раз  и... вторая  рыба!  Рыбаки  обступили меня
зловещей толпой. Монолит, а не толпа.
     Третий бросок - третий хариус.  Профессионалы отбирают у меня спиннинг,
и я убегаю от греха подальше.
     Это была моя первая и единственная рыбалка.
     Следующий тост:
     "Как будто мы грибы, как будто мы гуляем!"

     3

          Шли  мы  речку Ай. Южный Урал.  Вторая категория
сложности, но много пещер.
     Вход в одну из них представляла  собой почти вертикальная дыра тридцати
метров  глубиной. Спустили основную веревку и стали спускаться.  Шестым полз
Папа  Юра. Совсем  старик  -  ему исполнилось 27 лет,  да и женатый был.  По
вечерам, надевая на себя третий свитер, он жаловался:
     "Ребята, я же почти голый!"
     В пещере буйное веселье. Смех. Шутки, типа:
     "Вот еще один покойничек лезет!"
     Папа  Юра добрался до карниза.  Узенький, но носком можно зацепиться. Я
свечу ему фонариком:
     "Папа Юр, ползи по карнизу на право, там удобный спуск".
     До дна метров семь. По прямой. Папа Юра немного потоптался и... полетел
вниз головой.
     Глухой удар.
     Немая  сцена. За уступом не видно место падения. Дно  пещеры  покрывают
острые камни; летел он  вниз головой; где тут  населенный пункт -  один черт
знает; веревка только  одна... Короче говоря, много  всяких мыслей  витает в
молчании. Тут вспоминаю, что я еще и руководитель похода...
     "Ребята, пойдем, а?"
     Мы бросились к месту падения. Нам на встречу полз Папа Юра.
     "Ребята, мою шапочку подайте, пожалуйста".
     Как выяснилось, не  только непослушные туристы падали в эту  дыру, но и
непослушные телята. На одного из них приземлился плечами наш Папа Юра.
     Вечером мы расслаблялись. Большой популярностью пользовалась песня:  "И
вышита на штормовке  лавины предательский след", т.к. от  штормовки  ощутимо
попахивало этим предательским следом. Расслабились  так хорошо,  что до  сих
пор не могу вспомнить ни одного тоста тех счастливых времен.

     4

     Шли мы  как-то порог с очаровательным  названием Снежинка.  Только  что
чудом  прошли  Жабу, где не было  ни  входа,  ни  выхода.  А Снежинка  чисто
технически  проще.  Два мощных  слива  с  хорошим пенным  котлом. Расставили
страховку и, с  богом, пошел первый  экипаж. Помотало, пожевало и выплюнуло.
Пошли мы. У нашего катамарана водоизмещение на полтонны больше. Четко входим
в  сливной язык. Пушечный удар пенного  котла, медленное всплытие... Все как
положено,   только  каска  во  что-то  упирается.  Да  и  ногами  не  ощущаю
катамарана. Оверкиль,  однако.  Из-под  катамарана можно выбраться  в  любом
месте, такова его конструкция, но  я попадаю в район сидений, где расстояние
между слегами небольшое.  Вспоминаю, что  на  выходе  торчит в воде каменный
зуб, и  решаю  немного переждать - мне и здесь не  плохо. Тело в  спасжилете
прижимает  к  катамарану.  Смотрю  вверх. Светло. Значит до  поверхности  не
далеко.
     Пора  выбираться. Но... Ноги  и  правая  рука вплелись  в слеги.  Левая
судорожно  ищет  нож,   единственное  индивидуальное  страховочное  средство
туриста-водника, правда, непонятно  зачем. Не ноги же  перепиливать. Как  вы
думаете, что видится человеку перед смертью? Лично мне  представилось место,
где я оставил нож. Каждую былинку разглядел.
     Судороги  удушья.  Стресс.  Адреналин  в  кровь...  Сломав свою  желтую
строительную  каску,  протискиваюсь  между  слегами   в  самом  узком  месте
катамарана. Рот  уже над водой, но захлестывается пеной. Усиленный спасжилет
сдувается при следующих  конвульсиях, и...  я дышу  на  равных  с остальными
жителями Земли.
     Оглядываюсь. Косте  страховщики бросают  чальный  конец,  но его  и без
этого бьет о прибрежные камни. Миша пытается перетащить Серегу через гондолу
катамарана. Ну, ну...
     Выдираюсь из катамарана и присаживаюсь на гондолу. Немного отдышавшись,
пытаюсь помочь Сереге. Безуспешно, естественно. В нем  пол речки воды. Через
некоторое  время он отчаливает от  нас и намертво прилипает к почти отвесной
скале. Нас несет дальше. Отвязываю запасное весло. Что может быть проще двум
здоровым мужикам на пустом катамаране причалить к берегу? Но, как выяснилось
позже, на перевернутом практически невозможно. Эта надувная бестия ни как не
реагирует на наши усилия.
     "Миш, ты не помнишь, какие препятствия нам сулит лоция?"
     "А кто его знает, по-моему, ничего серьезного. Может быть".
     Нас проносит рядом с берегом по отмели. Спрыгиваю с катамарана, пытаясь
его  удержать...  Полащусь  хвостиком  за  ним.   На  спущенном   спасжилете
ватерлиния  проходит  на  уровне  рта. Дышу  часто-часто, и позвать  Мишу не
хватает  времени. А  зря, адреналин  давно  кончился. Все же каким-то  чудом
вползаю по слегам и дышу, дышу...
     Наш сплав останавливает чалка. Как всегда она распуталась, на этот раз,
кстати,  удачно, и  зацепилась  за  камни  в  очередном  порожке.  Сидим  на
гондолах,  как  на  взбесившейся  лошади.  Родео  подходит  к  концу,  когда
появляются  наши перепуганные  спасатели с  Серегой на борту.  Его с  трудом
удалось оторвать  от  скалы. Остальное - дело техники.  Они кинули конец,  я
перерезаю свой  (Мишиным ножом, естественно), спасатели цепляются за берег и
нас маятником  прибивает к оному.  У меня из  рук  выскальзывает драгоценное
весло... Ну и пусть себе плывет железяка...
     На  берегу из сломанной  каски достаю мешочек  с сигаретами.  М-да... С
остатками сигарет. Вдруг раздается топот и на сцене появляется Мишель:
     "Что?! Где?! Все живы?!!"
     "Мишель, ты пришел, чтобы угостить меня сигаретой?"
     "А? Да, конечно..." - квадратные глаза начинают округлятся.
     Вы когда-нибудь курили во время болезни? Жуткое ощущение. А все потому,
что воздух Хамар-Дабана так хорош!

     5

     Просыпаюсь я  очень рано  на своей  яхте не  далеко от  славного города
Рыбинска  (он  же Андроповск,  он  же  Набережные  Челны  и  т. д.)  что  на
Волге-матушке. Где-то вверху маячит голова Шурика.
     "Шурик, а чего ты там делаешь?"
     " Давно так лежу. Часа два".
     По моему борту в иллюминаторе рыбки виднеются.
     "А я еще  раньше  это  заметил, крен сейчас намного больше"  -  делится
своими  воспоминаниями  Юра  из  "форлюксовой"  каюты.   Свирепея,  я  начал
понимать, что это не сон.
     "Нас вечером кренить стало. Вы только уснули" -уточняет его жена.
     Это был не сон - это был бред.
     Выползаю  в кокпит. Яхта лежит на боку в черной жиже, вода  ушла больше
чем на  метр.  Разведка  на  берег принесла  новые  вести.  Местный  рыбачок
обрадовал тем, что шлюз спустили, но через недельку, другую воду обязательно
дадут.
     Перетаскиваем  на берег  часть  вещей, пачкая  их не  меньше, чем самих
себя. Легкий завтрак и в бой. С семи утра до полудня экипаж постигал морскую
науку,  а  именно  - сообщать  капитану  о  любых  нетипичных  происшествиях
мгновенно.  Яхту  мы,  в  конце  концов,  спустили  на  воду  известным всем
советским людям способом.  Правда, погнули  баллер руля. Оставшиеся пол  дня
вынимали его и выправляли.
     Примечание:  эту  историю при  мне  вспоминать только  на гусятнике; не
раньше, чем после третьего стакана.

     6

     Бредем мы по Приполярному  Уралу. Конец маршрута.  Три ночи практически
не спали, примерно  столько и не ели по-человечески.  А  еще кормовой  поход
называется! За плечами  непросушенные байдарки  с пол тонны  весом, глаза от
изумления повылезали.
     На бревнышке сидят студенты-шабашники.  Небритые, измочаленные. Смотрят
на нас: это надо же так себя истязать за свои собственные кровные!
     Мы смотрим на них: свой единственный отпуск разменять на жалкие гроши!
     Так и глядели друг на друга. С изумлением.

     7

     От жадности привез я с Приполярного почти вяленую щуку. Какой то шутник
засолил ее. При  дележе в  поезде  все от нее  дружно отказались, всего лишь
из-за запаха! Повторяюсь, прирожденное чувство справедливости заставило меня
забрать ее. На балконе довялил, но запашок остался. И забыл про нее.
     Угощал  своих друзей  по-царски.  Пыжьян, сырок  и прочие  дары природы
благородных кровей. А однажды притащил смеха ради кусок щуки. Хорошая  шутка
получилась. Смеялись все. Но, вдруг, резко  затих  один, потом другой... Они
поедали ее! Да еще как поедали...
     Мораль  в этой истории, конечно,  есть, но сказать вам ничего не могу -
язык проглотил. Вместе со щукой.
     Слава завхозу! Спасибо дежурным.

     8

     Шли  мы  на "Мевах" Чудским  озером. "Мева",  в переводе с  польского -
чайка,  разборный  парусный швертбот. По  молодости в  порыве энтузиазма  мы



иногда ее, семидесятипяти килограммовую, запакованную в три тюка плюс рюкзак
со своим барахлом, перевозили в одиночку. Очень
удобная посудина.
     Проходя вдоль русского берега,  наша эскадра увидала колхозных рыбаков.
Достаем свою кино-фото технику и ...  Нас  приглашают в гости,  естественно.
Подарили шесть здоровенных лещей, которыми мы объедались весь поход. До того
зажрались,  что  под  конец  я  взмолился  и  попросил тюльку  в  томате  из
консервной банки.
     "Только к эстонцам не подходите, жадные..." - напутствовали они нас.
     Проходя вдоль эстонского берега и  увидав  еще одну  рыбацкую посудину,
повторяем наш фокус.  Результат - целый кан снетка.  Насыпая лопатой снеток,
эстонскийрыбак приговаривал:
     "Чего  такой  маленький  котелок  подставляете?  Несите еще.  Только  к
русским не подходите, жадные..."

     9

     Ну  и какой нормальный человек сможет поверить  походным байкам? Только
человек походный. Он и не то еще знает! Лишь бы нашлось время его послушать.
Не найдется, и пусть не надеется, свое успеть бы рассказать...
     "И  вы  на  этих  лодчонках  ходите по  Азовскому морю?"  - с уважением
вопрошали местные рыбаки.

     "А че?" - скромно усиливали мы общий эффект.
     И нас пригласили на экскурсию порыбачить.
     В  шесть (а может в пять?) часов  утра  рыбацкий  баркас  направился  к
первой сетке. Достаем по привычке свою кино-фото технику.
     "Ребята,  посадить  нас   хотите?"  -  как   выяснилось,  первая  сетка
браконьерская. Своя,  родная. Наверное, поэтому в  ней ходят кругами парочка
упитанных  неторопливых  осетров. Профессиональный удар  колотушкой  их  еще
больше успокаивает. Затаскиваем  в лодку и, за  компанию, лопатами загребаем
какую то мелкую кильку.
     Вдруг на горизонте появляется шхуна рыбоохраны.  Погоня. Настоящая. Вот
это жизнь!
     К  нашему сожалению, погоня длится не долго. Мы останавливаемся  в полу
кабельтовых друг от друга. От нас отчаливает  лодка с частью улова. Делиться
надо!
     Часам к двенадцати выбрали все сети и нас приглашают на уху. Готовят ее
по-старинному,  по  ермаковски.   В   двух  здоровенных  чанах   варят  двух
здоровенных   осетров.  Деревянная   ложка,  воткнутая   в  уху,  стоит,  не
шевельнется.  Профессионалы  едят  ее так:  каждый черпает  этой здоровенной
ложкой,  размером  с нашу походную миску,  из  общего чана. Объев содержимое
ложки,  зачерпывают  еще,  потом  еще...  А  мы-то  съедаем по миске и  все.
Дилетанты.
     Под ушицу вытаскивается на бригаду в честь гостей пол ящика водки. А мы
отказываемся.  У нас, видите ли, после обеда запланирован  выход на маршрут.
Эх, если бы знать, что все равно в шторм попали...
     Выходим из гостеприимной столовой, увешенной, вместо обоев, плакатами о
позоре  браконьерства.  Хозяева нас догоняют  и  дарят  на  память килограмм
черной икры.  Сувенир  у  них  такой.  Едим  ее  ложками, поварешками. Через
несколько дней недоеденные грамм двести выкидываем.  А чего бы  ни выкинуть?
Все равно никто в эту экскурсию не поверит.

     10

     Под  славным   городом  Калинином,   что  под  Старицей,   добывали   в
тьмутараканские годы  известняк. Система  штолен во многих местах осыпалась,
но, если хорошо  покопаться, можно обнаружить штреки, где по приданию триста
лет  не  ступала нога человеческая.  За  это  время,  естественно, произошла
закарстовка подарившая нам сталактиты, сталагмиты,  друзы  и  прочие  чудеса
природы.
     Нажравшись  впечатлений  от  подземного безмолвия, где  так  необычайно
прослушивается   свой   собственный  пульс,  мы   собирались   возвращаться.
Перекусывали  плотно, учитывая,  что около  суток питаться по-человечески не
сможем.
     Выбрались  из  пещеры  быстро  все.  Кроме  Лехи.  Человек  солидный  и
степенный он  к  любому делу  относился ответственно. Последний  перекус  не
составил исключения.
     Со смехом  и шутками мы проделали  все  манипуляции,  которые  положены
верным друзьям  Винни-Пуха.  С тем  же успехом.  Но шутки шутками, а автобус
между  прочим  последний,  праздники  кончаются.  До нас  начинает  доходить
серьезность положения. Скала - монолит, других выходов из этой системы нет.
     Леха выхватывает свой нож (не нож, а мечта походника) и с остервенением
бьет по скале.  Я стою на верху. Всего лишь в двух метрах  от  меня в дыре в
истерике копошится Леха. Он поднимает на меня глаза...
     У меня большая коллекция взглядов, что там твои сталактиты и друзы!

     11

     На ноябрьские праздники я решил взяться за ум. Как вы знаете,  с каждым
студентом такое случается рано или поздно. А ребята собрались  в пещеры  под
Старицу,  за  чем же еще  существуют праздники? Готовились  они  долго и  со
вкусом.  Мечты  сменялись планами, планы плавно  перетекали в суету закупок,
подгонки  снаряжения... И  вот последний вечер. Поезд отходит в  час ночи. Я
сижу   на   стуле,  а  ребята  на  рюкзаках.  В  мечтах   они  уже  штурмуют
предпраздничные  калининские  билетные кассы,  разбивают лагерь  в пещере...
Боже,  они  уже  в  другом  измерении,  а  я остался в  этом мире, где  пиво
закусывают  интегралами,  или  интегралы  запиваются пивом? За час до отхода
поезда я бросаюсь домой, переодеваюсь  в походную  одежду, собираю рюкзак и,
взмыленный, успеваю на вокзал полюбоваться на изумленные глаза друзей.
     Итог.  Впервые  в жизни  я  умудрился  не забыть  ни  одной вещи.  Даже
необходимой.

     12

     Пятьдесят  небритых  романтиков  с   небольшой   примесью  романтически
настроенных  представительниц  прекрасного  пола   заканчивали  маршруты  по
Приполярному  Уралу в поселке, где мостовые скрипят, как половицы. Никогда в
жизни не  видел такой  массы, кроме  слетов,  конечно,  туристов.  К тому же
озверевшей.  Единственное средство сообщения  водомет "Заря" из-за  сильного
ветра  и,  соответственно, большой волны  приказало долго ждать. Может  быть
посмертно.
     А  в  это  время  по великой  русской  реке шел сухогруз.  Капитан  его
легкомысленно решил сходить за хлебушком. И направил свою посудину к  берегу
к причалу, где в  панике  произносил много  слов начальник  данного причала.
Деревянное сооружение затрещало, но выстояло.
     Капитан  с авоськой спустился на берег. Его  окружила толпа туристов  и
предельно вежливо,  объяснив  ситуацию,  попросила подбросить  до Салехарда.
Капитан  учтиво  разъяснил, что  "из-за  всяких  там"  не  намерен  лишаться
капитанского диплома. Мы предельно доходчиво с цифрами в руках показали горы
материальных  благ.  Но  наш советский  капитан  вырвался  из толпы и  гордо
направился в магазин.
     "Послушайте  вы,  интеллигенция вшивая,  чего ждете?!  У  каждого  есть
ружье,  да и "турбинки" не все израсходовали. На  работу хотим опоздать?  На
абордаж!!!"
     Когда капитан пришел с хлебушком, весь сухогруз  был  забит  рюкзаками,
байдами и небритой интеллигентщиной. Пришлось бедняге смирится  и  с нами на
борту, и материальными благами в кармане.

     13

     "Прима" - байдарка легкая и удобная была когда то,  если кто помнит. Но
если в  нее "ложить  и ложить"  тяжести, то  она вспоминает  не только закон
Архимеда.
     В начале  Приполярного похода  я шел припеваючи. Но природа  дарила нам
все больше, народу  хотелось  обитать в своих байдарках все комфортнее  и ко
мне потянулись:
     "А не будет ли любезен уважаемый сэр?"
     Уважаемый  сэр  с дуру  был любезен.  И байдарка  шла  все хуже, грести
приходилось все больше...
     С утра, не сделав  ни одного перекура, я подошел к месту стоянки, когда
перекус уже был  готов  и отдохнувшие  туристы вкушали  трапезу.  Как всегда
неприхотливую в  этом  кормовом походе. Я молча  схватил  свою пайку и опять
запрыгнул в байду. Гребу и жру эту пайку. Жру и  гребу, обильно смачивая  ее
слезами  обиды.  Обиды на  всех:  на  своих друзей,  на  долбаную  тайгу, на
безоблачное небо... А эти  друзья  неспеша  обгоняют меня,  да  еще  ручками
машут. Мол, поспешай,  ты  сегодня  дежурный.  И приходит  в голову  простая
мысль:  а для чего я  вообще хожу в походы? Все начиналось  с  книг  о Смоке
Белью. Ну и жри в свое удовольствие сырое мясо. Вместе с сухой пайкой.
     И произошло чудо. Причалил к месту стоянки я, правда, когда палатки уже
стояли  и  костер  разгорался.  Но, вместо  того,  чтобы  рухнуть  на  песок
бездыханным, я энергично  принялся  за готовку ужина. И накормил  их всех, и
вымыл  каны... Один. И потом уже, под конец похода, один  пересек Вайкарский
сор при штормовом встречном ветре... И все с песней на устах.
     Иногда полезно  заниматься психоанализом. Копаться в первоистоках своих
дегенеративных поступков.

     14

     В мой самый первый байдарочный поход  ко мне подсадили одну милую даму.
Их  трехместный  "Бронетемкин  Поносец" перевернулся,  и  женский  коллектив
разбавили моим другом, а меня, соответственно, тоже разбавили.
     Техника гребли у нее была поразительная. Она умащивала  весло  на своем
бюсте,  макала  его  то с  лева,  то с права  и  распевала песни. Блеск!  До
воцарения этой  милой дамы мы с другом летали на нашей байде вдоль  эскадры,
как пчелки,  а теперь мне приходилось выкладываться полностью.  До последней
капли пота. Правда на перекусах она подкармливала своею пайкой.
     К вечеру мы  доползли до стоянки. Нас с другом отправили по дрова. Друг
собирал дрова, а я обхватил березку. Ватные ноги вибрировали, тело дрожало.
     Не расставайтесь  с  друзьями! К  черту девчонок,  даже подкармливающих
пайками!




















     15

     Возвращались мы  с женой с экскурсии по Кижам.  Звалась наша яхта тогда
"BARBUDOS" (Бородачи).  Это  потом  ее  шутники  переименовали в "Аскет".  Я
схватился за  релинг и собрался перепрыгнуть на  борт, как увидел на форлюке
свернувшуюся змею. Меня ветром сдуло на берег. Атавизм. Не  могу  преодолеть
страх перед  змеями  и высотой. Сижу, курю. Змеюка тоже балдеет. С окрестных
яхт собирается народ.
     "Ребята, вы змею когда-нибудь на яхте видели?"
     "Нет"
     "Идите и смотрите"
     Что  тут  началось!  На  свои  яхты  все  идти  боятся  и  вокруг  моей
образовалась толпа.
     "А может вы ее из дома привезли?" - спрашивает кто то с надеждой.
     "Угу. Так у нас в Москве по Калининскому они толпами ходят."
     Тут   появляется  мой  совладелец  яхты   Андрюша.  Увидав   толпу,  он
распихивает ее с воплем:
     "Да-да, это мы ее построили!"
     Когда до него доходит,  что яхтсмены собрались не обсуждать технические
решения изготовления яхт, а из-за какой то змеюки, он в сердцах хватается за
багор.
     "Осторожно, это их боевая хитрость притворятся спящими!"
     Советы знатоков не помогают,  и Андрюша выдворяет с яхты  безбилетницу.
Змеюка оказалась дохлой.
     А в это время...
     Метрах в ста в кустах сидели с биноклем  в руках Шурик с Бобом. Шутники
чертовы...

     16

     "Андрэ,  так  как же ты перевернулся?"  - вопрос,  который  мы задавали
каждый день  на  Катуни,  да и ни один  гусятник  не  обходился  без него. В
результате   появилась   легенда,    скорее    всего,   мало   похожая    на
действительность. Вот она.
     На  третий  день пути мы приняли  входные шиверы за третьи  и четвертые
Щеки.  Да  и не  мудрено, такие они  были  мощные. Перестроились  в походный
порядок  и,  с богом,  покатили дальше.  По  середине наша байда и  два ЛАСа
спереди и сзади страхующие ее. Катунь для байды предел.
     При подходе  к левому повороту услыхали мощный  шум.  Но первый экипаж,
уверовав  в  непогрешимость  наших  знаний географии,  продолжал движение  и
скрылся за поворотом. Приходится  следовать за ними. Вылетаем  за поворот...
Скальное  сужение,  по середине лежит  "автобус"  (большая  скала), вся вода
сбрасывается  с  него, и бьют в стенку.  Справа есть  узкий проход, но после
него  скальный "карман" и в нем крутятся  наши ребята. Идем правым проходом,
надеясь,  что ребята успеют убраться. Не успели.  Врезаемся в  правый берег,
делаем телемарк  и ... Уходим  в тень  плиты.  Единственно верный  путь  для
байды.
     Последний экипаж, увидав,  что  творится  справа,  решается  прыгать  с
плиты. ЛАС бьет в стенку, и он переворачивается. Мишель вцепился в обвязку и
его  понесло вместе с ЛАСом,  а Андрэ ушел  под воду.  Всей силой потока его
припечатало к скале. Упершись в скалу руками и коленками, он думал об одном:
"Только  бы  не лопнул  спасжилет".  Попробовал  ползти  наверх к  солнцу  и
воздуху, но оттуда давил поток воды. Каким то чудом вспомнил золотое правило
водника - воде не сопротивляйся! - и  пополз вниз.  Господи, и чего только в
стрессовом состоянии не сделаешь! Сантиметров через десять его как будто кто
то хватает за ноги и рванул вниз. Скала оказалась полой.
     Его выплюнуло недалеко от нашей байды. С веслом в руке.
     "Андрэ, цепляйся!"









     "Где братан?!!"
     Он уже  был  невменяем. Мы видим,  как течение подносит  его к  родному
ЛАСу.  Вместо  того  чтобы  вцепиться  в  него,  как   подобает  нормальному
утопленнику, он веслом пытается подтолкнуть ЛАС к берегу. Законы природы  не
дремали  и  его, естественно, вынесло  в основную струю.  Первый  ЛАС  успел
зачалится  к  берегу,  но, увидав такое  безобразие,  пошел на перехват. При
входе  в  струю  переворачиваются  и  скрываются  вслед Андрэ  за  следующим
поворотом. Только сейчас замечаем, что от туда слышен еще более сильный  рев
воды. Никогда я так быстро не бегал, но Мишель все равно нас обогнал.
     С  горы  открылась такая  картина:  Андрэ,  как Иисус  Христос висит на
отвесной  скале  противоположного  берега,  под   нами   лежит  перевернутый
ЛАС-перехватчик,  а  рядом  бродят  две  мокрые  стрессовые  фигуры  и  ищут
третьего. Найти все  равно не могут  и  переворачивают ЛАС. Третий лежит под
ним тихо-тихо. Скрестив ручки.
     Блаженны туристы-водники, ибо их есть царствие небесное.

     17

     Два мудреца в одном тазу пустились в поход по Зеленчуку.
     К тому времени мы были уже людьми опытными, за спиной два похода второй
категории сложности, и осторожными. Решили не зарываться и  пойти для начала
в  троечку.  Что и  предоставил  нам  эту возможность  "Атлас  водных путей.
Европейская часть".
     В автобусе полно туристов. Узнав, что мы идем вдвоем, объясняют: на эту
троечку  выпускают  только с опытом  пятой категории сложности.  Нашли  кому
объяснять!  Нам с Шуриком  стукнул  уже  двадцать один год. Ребята  советуют
присоединится  к  какой  ни  будь  группе. Но  свою  компанию не предлагают.
Застенчивые, однако.
     Спасаясь от советов, мы быстро  собираем байду, грузимся и  отчаливаем.
Байда превращается в  дикого  мустанга.  Остекленевшие  глаза заливает,  как
перископы. Со скоростью взрыва проскакиваем два поворота.
     "Владик, мы  тонем" -  слегка  поворачивает в мою сторону голову Шурик.
Ба,  да байда полна воды! Надо причаливать.  Делаем как учили: разворачиваем
байду  против  течения.  Выбираю  самый  спокойный  участок  и  приступаю  к
операции.  Байда  совершенно не управляема. Как только она становится лагом,
самый маленький вал  ее  переворачивает.  Я сидел высоко и,  поэтому, просто
ложусь  на воду. Одна рука вцепилась в байду, другая держит  весло, а весло,
прости  меня  господи,  привязано к  байде киперной лентой. Шурика  все нет.
Пытаюсь  решить  проблему, кого спасать - Шурика, весло или  байду. Наконец,
всплывает Шурик. У него сапог застрял в форпике. Там мы его, кстати, позже и
нашли. Жизнь заставила босиком пустится в  плавь, когда камушки застучали по
каске. Тормозим нашими телами об острые камни берега.
     Начинает  накрапывать дождь. Мы  молча, не глядя друг  на друга, ставим
палатку, переодеваемся во все сухое и готовим обед.
     Как вы думаете, что мы сделали после  обеда, когда выглянуло  солнышко?
Мы стиснули зубы, скатали  палатку, переоделись во все мокрое и... столкнули
в воду байду. Нам было 21 год. Каждому.

        **
     *

     И еще  два поворота  мы пролетели. Ничего  в памяти не  осталось, кроме
мельтешения  весел,  да ощущения своих остекленевших глаз. Жались  к  левому
берегу, и нас припечатало к  огромному  булыгану. Почему-то  не перевернуло.
Дня  через три в аналогичной  ситуациина Косом пороге погиб парень, а  байду
превратило в дырявый мешок. Выбираюсь  на камень и пытаюсь  оттолкнуть. Сила
реки неимоверная, пришлось выбираться и Шурику. Байду  сталкиваем, но в  нее
смог забраться один Шурик. Отталкиваю и  долго смотрю, как его  желтая каска
мелькает в валах.  Ой...  Нет, все-таки всплыл.  Пора и  мне выбираться.  До
берега метров пять. Бросаю на берег весло, а сам прыгаю. Естественно в воду.
Метров через  сто ласковый берег принимает  меня  в  свои каменные  объятия.
Шурику  то  же повезло,  он  причалил  вместе  с  байдой.  Кстати  это  было
единственное удачное зачаливание за весь поход.
     На сегодня приключения  закончены. Палатка уже стоит, на костре варится
борщ  из  красного пакетика,  где  нарисована  голова быка.  Рядом  булькает

вермишель,  банка с тушенкой уже вскрыта. Мы  лежим рядом и сушим вещи.  Все
это под неумолкаемый рев реки. Мы  не  чувствуем себя  людьми, которые могут
преодолеть любые препятствия. Мы ощущаем себя великанами, играющими стихиями
и решившими немного отдохнуть. Завтра первый взрывной порог, но  это завтра,
а нам уже сорок два года на двоих.

        **
     *

     Просмотр порога длится долго. Общаемся с другими туристами. Они смотрят
на нас, как на приведения. Жизнерадостный мужик из Дубны, стоя над останками
своей байды, обещает ее  починить  за пол  часа. Блажен, кто  верует.  Порог
производит  впечатление.  Нагромождение камней, пенных котлов...  Такое вижу
впервые.
     На обратном пути наблюдаем чудо. Жизнерадостный и  в самом деле починил
байду.
     Отталкиваемся от берега и... перед нами оказывается порог. Да мы только
что час от него шли! Влетаем в  него и переворачиваемся. Желанный берег рвет
не только наши тела, но,  к сожалению, и шкуру байды. Сохнем, курим, клеемся
и вперед, только вперед. Рычаги на себя и в воду, кто бы ни был за холмами.
     Зарастаем щетиной, но с опытом приходит знание, отрабатываются команды:
     "Греби, дурак!" - камень слева.
     "Спакуха!" - препятствие справа.
     Совершенствуем подход  к  берегу. Подводим байду  почти  вплотную, и  я
выпрыгиваю.  С головой ухожу под  воду, а Шурик,  где-то там, на  верху,  не
слыша команд, сам начинает вопить:  "Правее! Табань! Еще чуть-чуть! Отлично!
Молодец!"  Отвечать ему некогда, держусь за привязанное киперной ленточкой к
байде весло и большую часть времени провожу под водой.
     По утрам не  дают скучать представители  местной власти. Какой  то охот
инспектор  требует документы. Обалдел на майские  праздники. Протягиваю  ему
комсомольский билет, а Шурик не менее профсоюзное. Идиоты! Водку надо иметь,
молодежь. Документы их удовлетворяют, а наш  костер в Архызском заповеднике,
видите  ли, не  удовлетворяет!  Составляют  акт  и  пишут,  что штрафуют  на
тридцать   рублей.   До  сего  дня  жду  его.  Дружной   семьей  растянулись
туристические  группы  вдоль всей реки.  К  концу  дня получаем сообщение по
беспроволочному  телефону, что грозные начальники сломались уже на четвертой
группе. Спите себе спокойно, дорогие товарищи!

     18

     Счастлив  тот,  кто умеет экономить на своих излишествах.  И я со своим
капитаном,  пропустив перекур,  первыми столкнули  байду на воду. Встретимся
ребята, о чем речь...
     Гребли не спеша. Впереди жизнь  полная приключений, а позади тоска.  То
есть те же самые приключения, ставшие свершившимся фактом.
     Замаячил  мост с  единственной опорой по  середине. Дальше  -  развилка
реки.  Нам надо  идти  влево,  но на право, вроде  бы лучше.  Влево. Вправо.
Типичная  задача  для буриданова осла, имеющая  единственное  математическое
решение -  удар  ослиным лбом об единственный столб, между двух стогов сена.
Аксиома для туриста-водника. Как "число пи для гренландских  китов равняется
3,14" (ей богу, так черным по белому написано в "Справочнике  китобоя"  60-х
годов выпуска).
     Естественно только чудом проскакиваем опору моста, но пришлось свернуть
в правую протоку. Остров довольно длинным оказался. Зачаливаемся после него.
Ждем. Ребят все нет  и  нет, а жрать хочется.  Сан Ваныч  прошелся по  левой
протоке,   но  ребят  не  обнаружил.  Складываем  два  плюс   два.  Зная  их
целеустремленность и нашу  не спешную греблю, приходим к логическому выводу,
что народ нас обогнал. Решение однозначно - погоня.
     Прекрасна  и  чудесна  великая  Саянская  река  Кантегир! Во  множестве
поберегам  ее произрастает  отзывчивых рыбаков.  И  много по водам  ее катит
туристических групп. И каждый рыбак  докладывал, что кто-то  проходил. А мы,
естественно, догоняем.
     Азарт  замешивается  на  злости.  Гремучая  смесь.  Забыты  перекуры  и
гигиенические остановки. Весла от напряжения гнутся.
     Поздним  вечером  нас  останавливают грозовые зловещие тучи  светящиеся
чем-то  яро-красным.  Такого я не  видел ни в  прошлой, ни в  будущей жизни.
Приходится останавливаться, поскольку штормовой  ветер  выкидывает  байду на
берег. А жаль. Еще немного...
     Решаем  встать  утром пораньше  и  продолжить  погоню.  А  пока  строим
временное убежище и скрываемся в нем.
     Ребята, до  которых Сан Ваныч не дошел метров тридцати, появляются часа
через два,  уже в  полной  темноте,  случайно заметив брошенные  нами весла.
Выматоные и высушанные встречным штормовым ветром. И в прекрасной спортивной
форме...

        **
     *

     Могуч   и  языкаст  великий   русский   язык!   Это   фейерверк,  взрыв
незамутненных природных чувств. Нет, не то о чем  вы подумали,  с  нами были
дамы. Не  было сказано ничего из лексикона прыщавых юнцов, а их всего то три
слова, да три буквы. Юнцам  нужно самоутвердится,  а,  только оскорбляя,  им
кажется, что достигается эта цель. На большее ума в этом возрасте не хватает
-  все в  прыщи  ушло.  А у  взрослых начальников, у  которых прыщи перхотью
осыпали вицмундир... Им тоже надо самоутвердится, бедненьким.
     Нет,  ребята, ходите  в настоящие водные походы. В хорошо  отстоявшейся
компании.  Только здесь ваши друзья смогут объяснить, кто вы  есть на  самом
деле.  Это,  как проперченный  украинский с пылу  с  жару борщ за шиворот на
спину, покрытую мурашками; как ледяная водка на раскаленные уши...
     Фу-у...  Ребята, мне  больше не наливать.  Плесните только всепрощающий
боуль  (шампанское, цедра, лед  и т.  д.  и т. п.), да я побреду домой. Меня
сегодня встречают.

     19

     К порогу Текдельпень мы подошли вечером. Подходили осторожно, не спеша,
тщательно   разыскивая  ориентиры.  Группа  сборной  солянки  из  Ленинграда
тащилась  позади, уверовав  в наши знания и  остановились  в полу километрах
выше.
     Текдельпенем пугали еще в Москве, и мы пошли просматривать его сразу по
прибытию. Скальное сужение со множеством карманов представляло собой туннель
с хаотическим и переменчивым набором течений. Одним словом, кипящий котел, в
котором  проложить  маршрут  просто  не  возможно.  Картина меняется  каждое
мгновение. Идти на байде в этот уровень воды бессмысленно. А на ЛАСах?
     Возвращались мы молчаливые. Основная часть народа, обуючивающая лагерь,
ждала наших слов. А мы молчали. Молчал даже я, самый говорливый. Катунь дала
нам  жару в первые дни (заплыв Андрюши в  одном  спасжилете через два мощных
порога) и не  отпускала во все последующие. "Мужики, так  что там?" - первым
не  выдержал тот же  Андрюша. "Наша пони не пройдет" - отрезал  Костя. Все с
надеждой  посмотрели  на  меня, авантюриста. Я  молчал, как  рыба об лед. "А
ЛАСы?"
     "Попытаться,  наверно,  можно"  - со здоровой долей  оптимизма  ответил
Костя.
     И, вдруг, я оказался в другом измерении. Как в фэнтези.  Им завтра идти
в  порог, а мне нет. Теперь я наблюдаю со  стороны, как ведут себя  мужики в
пред стрессовой ситуации. Вот пробежал  в одних трусах  (семейных) с воплем:
"Кий я!"  -  Валера.  Кто-то  ржет  по  поводу и  без...  Я физически ощущаю
статическое напряжение ожидания.
     "Ребята,  давайте поговорим  о бабах" - пытаюсь  разрядить  обстановку,
благо поход чисто мужской.
     "Давайте!"  - благодарно  подхватывает  Андрюша,  двухметровый  образец
мужской красоты. Теперь я спокоен, рассказов необерешся до утра и не кто его
не сможет остановить. Даже живая женщина.
     "Поставили меня, как-то,  часовым  у  могилы  нашего  командира. Вдруг,
автомат выскальзывает у меня из рук и падает в могилу..."
     "Андрюша, очнись, давай ближе к  теме!" - пытаюсь вернуть его  на  путь
истинный.
     "Да-да. А был другой случай. Хоронили мы другого командира..."
     Я, как всегда, оказался прав. Остановить его не смог никто.

     20

     Никто  из вас не знает Калихмана?  А зря. Человек, по всей видимости, с
изрядной долей юмора.
     Шли  мы связку речек Хара-Мурин и Снежную.  На  пешеходке  пользовались
описанием некоего  товарища Калихмана. Его группа включала  двух женщин, а у
нас -  чисто  мужской  коллектив,  да рюкзаки  килограмм  на  десять  легче.
Следовательно,  по   идее,  и  идти  должны   были  быстрее.  Но...  мрачные
предчувствия стали закрадываться с самого начала. Они нас не обманули.
     "Костя, что там глаголит Калихман?"





     "Да уже, вроде, давно должны были дойти."
     "Может, мы сбились с пути?"
     "А Калихман его знает."
     То, что  Калихман с дамами пролетал минут за сорок, мы ползли часа три.
Слово "Калихман" приобретает нарицательное значение. Вместе с  потом  из нас
выдавливалась желчь  ко  всему  калихмановскому.  Апофеозом  остроумия  стал
бессмертный афоризм  Мишеля: "Бродил Гаврила  с Калихманом,  "конец" Гавриле
наступил." Слово  "конец"  в  оригинале близко  по  смыслу,  но  более емко.
Мужской коллектив, однако.

     21

     Какой нормальный мужик в трезвом уме, возбудившись от названий  сел (ей
богу,  как в престижном ликероводочном!), мимо которых приходилось проходить
изо  дня  в  день  по  реке  Риони,  способен пропустить  Хванчкару?  Стыдно
признаться, но это я, признанный  специалист по связям с местным населением,
променял романтичное путешествие за божественной влагой по  горам Кавказа на
перекус.  Господи, на обыкновенный,  туристический  перекус, да не за столом
будет сказано!
     Два  ходока  (были  в   нашем  коллективе  возбужденные  трезвые  умы!)
вернулись  поздно. Один из них нес на  плече двадцатилитровую бутыль, и  оба
старательно покачивались, наглядно демонстрируя мои упущенные возможности.
     История их поисков кратка, но поучительна. Поднявшись на дорогу, мужики
отловили первого  попавшегося  шофера  и  в лоб спросили: "Где купить вино?"
Ответ: "Вах,  вы спросили того, кого  надо было спросить!"  И  всей  честной
компанией отправились  далеко  в  горы. Их встретила  столетняя  старушка, а
грузинка младая  (по  выражению  Андрюши: "не так  хороша,  как  ее  много")
принесла  продегустировать  вино. Вино, естественно, оказалось божественным.
После  чего  на  столе  появилась  зелень  и чача.  Наши  интеллигенты стали
отнекиваться и лепетать о сухом законе, о том,  что впереди пол дня ходового
времени... "Вах, я сам за рулем" - изумился водитель...
     Но  осенний  день  в  горах  короток  и  пора  отчаливать.  Я с  нашими
знаменитыми  ходоками заползаем  в  ЛАС.  Ребята  пытаются  сбросить  с себя
показное опьянение и, вдруг, я с ужасом понимаю... НЕ МОГУТ!
     Впереди  обливняк. Я кричу:  "Костя, куда?  Вправо,  влево?"  В  данной
бетта-окрестности обливняк  единственный - греби  куда хочешь. Костя думает.
Сваливаемся  в пенный  котел.  Костя  мужественным  голосом  отдает команду:
"Направо!"  Как  по  команде, мы  с  Андрюшей хватаемся за  бутыль  намертво
привязанную между нами. Отфыркиваясь, всплываем. "Извини,  пожалуйста, а что
он  сказал?" - вопрошает Андрюша, оттягивая  от уха гидрокостюм... Да... Они
жили долго и счастливо и могли, к чертовой матери, помереть в один день.
     Поверьте мне, ребята, умный трезвому не товарищ.

     22

     Свершение мечты дело времени. Была бы мечта.
     Обшарпанное и облезлое чудище ново-ладожской постройки стояло на том же
месте, где мы его видели в первый раз.  Но уже наше,  родное. Собственность.
Прообраз яхты,  где "взор художника  провидит стан  богини, готовый лечь  на
полотно".
     Задача: скинуть "стан богини" на воду.
     Присутствовали:  бывший хозяин с супругой, мой лысо-бородатый компаньон
и я, покорный слуга своих прихотей.
     Задача явно не выполнимая. Всего два мужика,  хлипкая в своем изяществе
женщина и послеаппендицитный компаньон  против полу тонного  "стана" и  трех
посудин весом от одной тонны до трех, к тому же стоящих на полозьях.
     Мужики со знанием дела рассуждают,  как  решить эту задачу. В  будущем.
Отдаленном. Прерывает полет мысли женщина:
     "Мальчики, да вы что?"
     По мановению волшебной палочки в наших руках появляются ломики  и... За
пол часа все три громадины раскиданы, а наша стоит у слипа.
     С тех пор я ни за что не поверю в не  выполнимость какой-нибудь задачи.
Просто не хватает изящной женщины.

     23

     А  произошло  это во  времена сухого закона.  Высохли магазины,  только
людская  очередь пылью  клубилась у  их  подножья.  Высохли души  пьяниц,  с
изумлением понявших, что у них и души нет. Высохло все.
     Но у  нас с  собой было. На  законные капитанские 50 грамм перед ужином
всегда можно рассчитывать.
     На горизонте замаячило село Красное. Энтузиасты  экскурсий, начитавшись
рекламных проспектов, решили  осмотреть фарфоровый завод. А  я, естественно,
остался покопаться в своих сновидениях.
     "Владик! Деньги! Сумки!"  - вопль  скидывает меня  с  банки  в гробике.
Просчитав лбом все бимсы, выскакиваю  из люка. Вот уж никогда бы не подумал,
что фарфоровое искусство может довести нормального человекообразного мифиста
до  такого. На берегу стоял  Шурик, бледный, дрожащий, и выталкивал из горла
только эти три слова.
     "Сколько?"
     "Все"
     Ни слова не говоря, даю требуемое. И жду развязки драмы.
     Шурик  с Кожой  осматривали  местные  достопримечательности,  такие как
книжные  и  продовольственные магазины.  В одном из них они обнаружили музей
ликероводочного  искусства. Как  истые  знатоки,  они  не  спеша осматривали
раритеты, прекрасно сознавая, что в  музее ни  к чему прикоснуться не дадут.
Вдруг,  в  музей  врывается абориген. Невежа с порога  орет:  "Ркацетели" за
девяносто  две  есть?" "Нет,  закончилось"  "А, черт, давай дорогое  за рубь
пять!"
     Инстинкт советского человека сработал незамедлительно, и  с воплем: "Мы
тут первые стояли!"  - они стали перечислять  знакомые с  детства  названия.
Перечисляли  до  тех пор,  пока деньги  не  кончились. Именно тогда,  Шурик,
оставив Кожу сторожить магазин, рванул на яхту.
     Чудо объяснил прохожий, когда они  с чувством  глубокого удовлетворения
пили пиво у входа в магазин:
     "Ребята,  быстрее  бегите  от  сюда!  Милиция всех  зашедших в  магазин
вылавливает и отправляет на сельхозработы, а  вы совсем обнаглели, так еще и
распиваете!"
     Занавес...

        **
     *

      Красное на  Волге божественно!  Особенно  после  "Адмиралтейского"
пива.  А  когда зачалились  на спасательной  станции  в  Костроме...  Запасы
кончились  к  часу ночи.  Наши новые  друзья спасатели завели мощный катер и
отправились за самодельным продуктом самораспада.
     Как вы сами понимаете, утро отличалось от прошедшего дня. Но чудеса еще
не  закончились. На чисто рефлекторный риторический вопрос о  пиве я услышал
вполне конкретный  ответ. Еще не веря  в свое  счастье, пошел будить Шурика.
Пессимист Шурик только стонал в ответ:  "Ich bin больной". Но я,  авантюрист
по натуре, заставил подняться его с одра.
     Пивной  бар располагался  в  ста метрах от яхты. У входа стояло человек
десять с хронически помятыми лицами. Ровно в одиннадцать нас запустили.
     В  чистом  и  опрятном зале  нас  усадили  за  столики  с  белоснежными
скатертями.  Официант в галстуке-бабочке  вежливо, без надрыва объявил,  что
сначала надо купить комплекс, а потом уже  можно  заказывать  пиво  в  любом
количестве. Он выразительно посмотрел на нас. Мы сидели. "Комплекс стоит три
рубля" - давил он. Мы хранили молчание. "На каждого!"  - уже  с  отчаянием в
голосе  произнес он.  Постояв  над нами некоторое  время, официант  обречено
побрел на кухню.
     Комплекс   представлял  собою   графин   пива   и  полуметровое  блюдо,
заставленное бутербродами с колбасой, рыбой, икрой и  т. д. К тому же многих
сортов.  А  над головами чудо  двадцатого века  - телевизоры на  кронштейнах
настроенные на второй канал.
     Кто сказал, что я атеист, не верящий в чудеса? Да не приведи господь! Я
сам бродил по воде аки  посуху.  На  яхте. Когда не было течи. И я  сидел  с
двенадцатью  хронически помятыми апостолами. И один из  них  был официант. С
тремя рублями за комплекс.

     24

     Пеммикан для индейцев, что счет  в швейцарском банке. Живи и  веселись.
Пеммикан  по нашему - это вещь в себе, грубо говоря, - ноумен. Особенно если
он приготовлен моими руками.
     Приготовить пеммикан элементарно.  Берешь  400  граммов бизоньего мяса,
перетираешь его, бросаешь  в килограмм  бизоньего сала, выпариваешь  воду  и
храни на здоровье окружающим друзьям!
     С бизонами  в  те времена  испытывались  временные  трудности,  поэтому
пришлось  готовить пеммикан из случайно  подвернувшихся продуктов. Результат
не  замедлил себя  ждать. Уже  в поезде чуткий нос завхоза ощутил  некоторое
несоответствие  запахов.   Узнав,  что  я  пробовал  выпаривать  подзакрытой
крышкой, он вывесил мешок  за окно вагона для просушки. Через несколько дней
несоответствие  запахов  окружающей  среде ощутили  и  не в чем не  повинные
пассажиры. Да  еще  как ощутили! Только визит в вагон-ресторан, где пеммикан
прокалили  на  противне,  спас  нас  от суда Линча. И  всего-то за 150 грамм
спирта! Лишь специфический  запашок за завтраком напоминал нам, что не  боги
горшки обжигают, а я, ваш покорный слуга.
     Нам  бы  остановится  на этом  эксперименте, но  советский баран,  э-э,
виноват, турист, полный энергии  и опыта готовит это блюдо во второй раз  на
следующий поход .
     Естественно,  к данному  продукту было проявлено  повышенное  внимание.
Консилиум  гурманов  каждые несколько  часов  исследовал произведение  моего
искусства. Анализ  мочи гурманов оказывался в норме и мы успокоились. Дня на
три он  был  забыт в рюкзаке,  так как  осуществлялась  заброска в  верховье
Катуни.
     В первый же вечер  на месте я  с трепетом открыл  рюкзак, и... Фольклор
туристов  обогатился  новыми  фразами:  "Зеленый, как пеммикан",  "Нюхнуть и
помереть" и так далее. Всю ночь, когда будущие остряки  спали, я в кромешной
темноте прокаливал пеммикан на противне.  Первую половину похода мы питались
результатами моего бессонного труда, ибо  под суровым присмотром завхоза мне
приходилось (не  пропадать же!)  раздавать  каждому  причитающееся. Аппетита
уголь с запахом не прибавлял, зато веселья... Было полные штаны.
     По доброй  традиции в конце  похода гуманно сжигаем на  алтаре ботинки,
штаны, носки отслужившие  свой срок. На отдельный алтарь возлагаются остатки
(немногочисленные) продуктов.  Торжественно, под ликующий вой многочисленных
местных  собак,  возлагаю пеммикан на вершину.  На утро собак мы  больше  не
видели.
     Ни одной.

     25

     Если  водные  походы это искусство,  когда приключения тамтамом бьют по
нервам, а  тесный, на месяц  замкнутый коллектив успокаивает души, как бочка
молодое вино, то гусятники - апофеоз оного.
     Начинается  все   с   предвкушения.  В   процесс  предвкушения  входит:
изготовление   кино-фото   продукции,   заготовка   съестных   продуктов   и
ностальгическая  жажда  воспоминаний.  Внимание! Для  посторонних  в больших
дозах смертельно опасно!
     Собираться надо пораньше, на пустой желудок. Тебе  в  руки дадут нож  и
заставят  резать  лук,  время  от  времени отзывая для  употребления  сухого
коллекционного  вина  из  неправдоподобно малюсеньких  рюмочек.  С  калеными

орешками.
     Когда желудочный сок дойдет до нужной кондиции, всех усаживают за стол.
Стол: оливье,  винегреты, колбасы,  грибочки, всевозможные салаты (а именно:
"Мимоза",  сырный, печеночный,  овощные...),  селедка  под  шубой,  просто с
луком...  Короче  говоря,  все  легкое,  ненавязчивое.  Примечание: описание
застолья образца дефицитных семидесятых. По древнему пищеварительному закону
со временем  употребления  в алкогольных  напитках  должно  расти содержание
сахара  и крепость.  Поэтому  готовятся коктейли, типа:  "Для  непьющих", не
спеша перетекающие в  портвейны благородных кровей. И все это  под возгласы:
"А ты помнишь?"
     Часам  к четырем  все идут  на улицу  играть  в  снежки. И  вываленные,
промокшие, продрогшие возвращаемся к основному блюду. Самого  гуся в яблоках
мы готовили всего один раз, но фантазия простого туриста  неисчерпаема.  Так
что черпайте ее сами на своих гусятниках. Вот тут то и появляются "Дамские",
"Эг-ног",  трехслойные...  И,  само  собой,  фильмы,  слайды  и  только  что
переплетенные  дневники,   которые   в  торжественной  обстановке  вручаются
каждому.
     Все  завершает   всепрощающий   боуль  (шампанское,   цидра   лимонная,
апельсиновая, фрукты).

     26

     Мат  я не люблю и об этом  я  уже писал, или собираюсь  написать. Но  в
походе чисто мужского коллектива... При фантастическом остроумии моих друзей
речь из нецензурной  таинственным способом превращается в сокровищницу языка
русского.  Но  всякое сокровище на  людях  надо прятать,  а  то не правильно
поймут. А резкий переход всегда чреват.
     Вот о таком переходе я и расскажу. В переводе, разумеется.
     При  отъезде с Байкала билеты раскидали нашу честную компанию по  всему
поезду. Мишель первый врывается в наше купе и с порога делится впечатлением:
     "Какое чудесное купе! И это мнение поддержат  и мои и твои родственники
в самые пикантные минуты своей жизни!"
     Он поднимает глаза кверху и замолкает. Намертво. Я влетаю следом:
     "Да  купе  просто   замечательно!  Несмотря  на  мнения  твоих  и  моих
родственников."
     Поднимаю  голову... И вижу на  верхней  полке глаза.  Полные ужаса. Они
принадлежат   хрупкой   и    очаровательной   девушке.    Моя   небритая   и
нечесанаяфизиономия каменеет. А  тут,  как на  грех,  стали слетаться другие
достойные члены нашей  группы. И  все,  как  один,  высказывали свое  мнение
сквозь  призму  простых, чисто человеческих  отношений. И каменели  прямо на
глазах.
     Ужин  решено  провести  в  нашем  купе,  т.к.  оно  единственное  почти
полностью  оккупировано  нами.  Девушка  с  верхней  полки  давно  перестала
подавать признаки  жизни. Нам необходимо  было  общаться,  хотя  бы  о самом
необходимом, несмотря на  нашу окаменелость. Например, фраза  "подвинься", в
мужском походе не могла быть произнесена без четкого указания куда, на какой
предмет и  зачем.  Ужин прошел в  тягостном  молчании.  Ни у кого не хватило
мужества  и,  особенно,  слов,  чтобы пригласить  даму на трапезу.  Время от
времени раздавалось:
     "А, э-э-э..." - кому-то требовалась вилка.
     "Му-у..." - бедолаге не хватало соли.
     "Мать твою так, так..." - соли положили больше обычного.
     Девушка  таинственно  исчезла  ночью.  До сих пор осталось неразрешимой
загадка  - то ли  она  доехала до  своей станции, то ли так подействовал наш
чисто мужской, послепоходный дух.
     Взгляд с верхней полки в моей коллекции взглядов самый печальный.

        **
     *

     Был, правда,  и противоположный случай, когда  нас с Серегой посадили в
купе, где наша попутчица, очаровашка гренадерского роста с пикантно подбитым
глазом,  предложила  нам  не стеснятся  и пить,  курить,  выражаться  в свое
удовольствие. Что наглядно и  продемонстрировала.  Так что мы на своей шкуре
испытали ощущения таинственной незнакомки.
     Б-р-р...

     27

     Походный зуд не утихает никогда. Стоит раз попробовать сходить в  поход
и по гроб жизни заполучил желание  до "невмоготу". С чем  тебя и поздравляю,
жри  и наслаждайся. Но полностью это  блюдо созревает к апрелю, к половодью,
когда остается совсем чуть-чуть и ...
     Ранним  весенним  утром  я  проснулся, сладко потянулся  и... окаменел.
Любимая болезнь туриста-водника, Дьявольщина!
     Плевать.  Ползу  на работу.  В ту блаженной  памяти историческую  эпоху
суббота была  рабочим днем. Долго умащиваюсь  в кресле,  перекуриваю и звоню
другу.
     "Что, не пойдем сегодня?!" - с явно излишней долей  оптимизма вопрошает
он, то ли  заболевший,  то  ли девчонка на горизонте мелькнула.  На дурацкие
вопросы  не отвечаю и после работы в назначенное время прихожу к нему. В его
глазах  я  вижу  свою ковыляющую  походку,  перекошенную фигуру и  не  менее
перекошенную физиономию.
     "Будем лечится радикально. Надевай на меня "карандаши"".
     Шурик  безропотно  поднимает   самую   тяжелую  часть   нашей  амуниции
(продольные составляющие байды). Я просовываю руки в лямки...
     Очередное чудо советской медицины свершилось!

        **
     *

     Моча  (на  моем   компе  нет  знака   ударения,  так  что  ударяйте  по
собственному вкусу)  весною представляет из себя местами проходимую на байде
речушку. Под начинающимся дождем собираем байду, грузим в  нее  вещи и тащим
оную  по камням. Иногда сплошной перекат сменяется маленькими, но  глубокими
прудиками. Приходится залезать в байду,  чтобы через несколько метров из нее
выбираться.
     Дождь то усиливается,  то  не  прекращается. Речка углубляется,  но уже
темнеет. А места для стоянки не наблюдается. Наконец,  замечаем одинокий дуб
и под  ним  располагаемся. Дождь по заказу  прекращается.  Разводим костер и
готовим  борщ. Борщ из пакетиков  с эмблемой бычьей морды  -  мечта туриста,
романтика и  вообще любого чокнутого человека, а банка фасоли в томате... Не
только язык, но и ручку с компом проглотить можно,  начав подробно описывать
это  событие.  Лично я  не  рискну. (Особенно, если  учесть, что пишутся эти
строки в Таиланде, после поездки на Рифовые острова и  во время мазохистских
раздумий: то ли сейчас пойти  в ресторан, то ли с дуру еще немного помучится
над воспоминаниями).
     Ресторан,  естественно, победил  и  всякие глупости в  голову больше не
лезут. Устраиваемся на ночь. Так как шли не в серьезный поход, а на прогулку
с одной ночевкой, то не захватили с собой ни спальника, ни палатки... На нас
одни   намокшие   телогрейки,   да   на  мне  шапка-ушанка  (сухая).  Дождь,
перевыполняя план, опять заморосил. Пытаемся устроится под байдой. "Прима" -
байдарка легкая, удобная, но узкая, зараза! Ложимся спина к  спине, надеваем
ее на себя, как одеяло, выдыхаем... А вздохнуть уже не получается.
     Тут я начинаю щелкать зубами. День  выдался тяжелый, не всякая  психика
может  выдержать  и   Шурик  после   продолжительного  молчания   с  опаской
спрашивает:
     "Владик, ты че?"
     "Да ухо пытаюсь поймать".
     Шурик замолкает намертво, а я все продолжаю ловить зубами завернувшееся
ухо шапки. И только сейчас,  когда я пишу  эти строки на Новый год в знойном
Таиланде, меня разбирает любопытство, - а о чем он тогда мог подумать?

     28

     "Эй, ребята,  подвезите!"  -  этот  возглас я услышал не на  оживленных
улицах Москвы, а  на Катуне. Одинокий абориген, прогуливающийся  по Чуйскому

тракту,  решил  сэкономить  свое время.  Байда,  конечно,  не  такси, но  мы
поступили в  лучших  традициях  московских  таксистов  семидесятых  годов  -
проехали гордо мимо.
     Шли без просмотра, т.  к. лоция шептала  о  номерных мелочах. Очередной
порожек с чистой стрелкой  слива проходим играючи. При выходе из струи,  я с
удивлением замечаю, что машу веслами по  воздуху. Оглядываюсь  назад. Где-то
далеко  внизу водный  колодец заканчивается скукоженой  фигурой Кости  и его
глазами. (Кстати, еще один экземпляр  в  мою коллекцию  взглядов.) При  этом
меня стремительно вращает по часовой стрелке вокруг костиной оси.
     Я  видел  в своей жизни  более  мощный водоворот на  Енисее.  Но он был
плановый, детально описанный в лоциях. Его можно  спокойно обойти с любой из
сторон, только  мы с Сан Ванычем для полноты ощущений прошлись по его  краю.
Но такой неожиданный...
     А  теперь  представьте себе на  минуту эту картину. И, заодно, ощущения
наших страхующих  друзей. Мне легче, я слышал их неоднократно, но до сих пор
мучаюсь раскаянием. Эх, если бы прихватили с собой того аборигена!

     29

     Прошли  мы  первый  Шабаш и на радостях рванули просматривать второй. А
там... Входа нет, выхода  тоже, а в середине сплошной лабиринт.  Первый  ЛАС
проходит  благополучно.  А  и  что  с  ней  может  случится,  с  надувашкой?
Долго-долго выбираем  маршрут.  Потом  долго-долго  его  пытаемся запомнить.
Наконец,   просто   сидим.   Народ  смотрит   на  нас,  как  на  смертников.
Невооруженным взглядом видно, что морально мы уже сломались.
     Побрели к байде.  Народ удобно  рассаживается  на  скалы. Вместо  того,
чтобы  произнести героическое, типа: "Идущие на  смерть  приветствуют тебя",

Костя спрашивает:
     "Ты запомнил ориентиры?"
     Я честно ему отвечаю:
     "Нет."
     Садимся  в байду  и  отталкиваемся.  Немного побултыхавшись  на  входе,
чалимся к левому берегу. Костя, как выяснилось, тоже забыл ориентиры. В этот
раз я не пошел на просмотр, смирившись с неизбежным. Глубоко верное решение,
т.к. на самом  входе нас  киляет.  Мы хватаемся за обвязку, за  единственный
ориентир, который не забыли.
     Из-за ширины реки  страховку в самом  пороге  организовать не возможно,
поэтому  народ  просто  активно  переживает.  Публики много  -  присутствует
ленинградская сборная солянка. Эмоциональнее всех реагирует Мишель. Когда из
моей  каски чем-то  брызнуло,  он  подумал, что это  мозги,  и заорал благим
матом. Что-то про чью-то маму.  Теплая такая фраза, интимная. Очаровательная
ленинградка шарахнулась от него вверх по скалам.
     Да. Это был Шабаш, полный Шабаш.


     30

     Баня -  это образ  жизни.  Но  корчит  образ  свою физиономию  в разных
ситуациях по разному.
     С детства я баню не знал. Ее заменяла ванна, где можно  было, укрывшись
ото всех, спокойно  провести несколько часов за чтением книжек. Своеобразная
медитация, где сосредотачиваешься  на особом, глубоко волнующим именно себя,
мире.
     В армии  баню я возненавидел, впрочем, как и  все армейское. Да  и  как
можно без брезгливости относится  к тому, что сотня голых мужиков мылят себе
все, до чего могут дотянутся?
     В  институте бессовестные  мужики  (а  какие еще  могут  быть доценты с


кандидатами?) обманом затащили меня в баню образца семидесятых. И  что ж?  Я
узрел подлинную  соборность,  материализующуюся  при помощи  бережно  чтимых
обрядов.  Где  глубокий  философский  смысл  приобретает  всякая мелочь,  от
шапочки  на голове,  до просушки парной. Короче, говоря языком жизнелюбивого
Шумахера:
     "Лишенный сладостных мечтаний
     В бессильной злобе и тоске
     Пошел я в Волковские бани
     Попарить кости на полке.

     И что ж? О радость, о приятство,
     Я свой высокий идеал:
     Свободу, равенство и братство
     В торговых банях увидал!"
     Апофеозом банной жизни стал  мой мальчишник. После  чего,  естественно,
баня превратилась в плод запретный. И от этого сладкий и элитный.
     Походные  бани делятся на две категории: городские, т.е.  свершаемые  в
местах обетованных, и, собственно, походные.
     Городские  бани  чудны  и  непривычны.  Например,   в  Кызыле  в  самой
раздевалке  под  вывеской: "Пронос  стеклотары воспрещен. Штраф  10  рублей"
сидит  воинственного  вида дама.  На  предмет  выявления стеклотары. Честное
слово,  под  ее  взглядом  очень  многие  части  тела  становятся  хрупкими.
Пользоваться городскими  мыльными  молельнями  можно только в случае крайней
нужды.
     В  походе  баня  очень  редкий,  но на  века  запоминающийся  праздник.
Праздники возможны только  при наличии свободного времени, а оно  в  походах
страшный дефицит.
     В   знаменитом  "кормовом  походе"  на   Приполярном,  мы  устроили  аж
трехдневную  дневку.  Когда плодотворные рыбалка с охотой  надоели, решаемся
очистится пред богом и людьми.
     Часов  восемь  калим  камни  на  чудовищном  пионерском  костре.  Потом
откатываем  их на свободное место  и поверх  натягиваем большую палатку  без
дна, очень кстати  найденную в  охотничьей  избушке. Мужской  состав  группы
забивается в  нее. Первосвященник макает  березовый  веник в кан с чистейшей
таежной  водой  и сбрызгивает камни. Пар,  правда, быстро выветривается,  но
трудолюбивый  первосвященник вкалывает в поте лица своего. Потом все гуськом
бежим к Танью.  Три мощных  гребка  от берега  и...  быстро-быстро назад. На
многое способна  ледниковая водичка! В завершении  обряда скромная трапеза в
избушке.
     А  другая баня состоялась вопреки  козням завистников где-то  в Саянах.
Втроем  мы  потратили дневку  на  приготовление ее. Избушка  с  палатками на
чердаке по близости не  было  и тогда взяли полог  со  своей.  Она была явно
мала, но мы  в Андрэ попросили его брата попридержать ее с наружи. Чтобы пар
не  выходил. Забираемся  внутрь  и  мордами чуть не упираемся в  раскаленные
камни. Берез в  этой  местности  не было. Тогда  Андрэ заменил  веник  своей
кружкой.  До  верху  наполняет  ее  водой  и  плещет на  камни  прямо  перед
физиономиями... Мишель силен и  здоров, но, к несчастью, буквально выполняет
команды. Поэтому первый порыв он  выдержал. Зато второй его пушинкой относит
в сторону. Это была самая чистая баня, т.к.  с наших  лиц смылась  не только
грязь, но и кожа. И вот после стольких мук, завистники,  наблюдавшие за нами
у костра,  лишили нас законных 50-ти  грамм! Зато это им дорого обходится на
гусятниках, когда вспоминается о бане - мы требуем сатисфакции. И получаем в
неограниченном количестве.

     31

     Страсть к охоте в нас, хищниках, неистребима. На  Приполярном охотника,
первым застрелившего утку, закормили до отвала,  а нам, смертным,  достались
воспоминания. Но  когда я потом с охоты  принес десять  уток  взамен  десяти
патрон, заматеревший народ вынес приговор: "Ты их принес, ты их и чисть".
     Но мы - люди и, следовательно, милосердны. Хотя, конечно, по разному.
     Охотник шел впереди налегке с одним ружьем, пока бурлаки  тащили сквозь
заросли  байды.  Увидав утку, он сначала выстрелил, а  потом вгляделся. Цель
оказалась маленьким утенком. К  тому же  слегка раненым.  Когда мы  вышли  к
озерцу, где он плавал, нас тоже охватил азарт. С воплями  и веслами устроили
облаву.  Но  утенок  был увертлив.  Так  продолжалось  до  тех  пор, пока не
появился  руководитель похода. Узнав  причину  задержки графика движения, от
засовывает руку в воду и вытаскивает утенка. Кижа тут же заверещала, что его
надо отпустить. Я предложил привязать бантиком в  байду, привезти в Москву и
вылечить.  Но дробинка попала в шею и утенок был не жилец. Тогда милосердный
Андрэ выхватил свой ножичек нулевого размера и отрубил голову. Кижа заявила,
что  уток есть больше не будет  и с  Андрэ разговаривать тоже. Вечером голод
помог извечно  девичьей забывчивости и весь противень с дичью был уничтожен.
Вместе с утенком.

        **

     *

     Кстати, это мне напомнило еще один пример милосердия.
     В  солнечный  день на  камушке  сидел кузнечик. Маленький  такой.  Нина
Ивановна, добрейшей души человек, посмотрела на него и сказала:
     "Ах, как мне его жалко!"
     Народ,  разомлевший от жары и заслуженной дневки, с умилением  наблюдал
за картиной - женщина с добрыми глазами склонилась над божьим созданием.
     Нина Ивановна берет в руки камень и тюкает это божье создание.
     Тогда   мы   были  слишком  ошеломлены,  чтобы  понять   весь  глубокий
философский смысл  случившегося. Во-первых,  тюк - и  нет источника жалости,
во-вторых, доброта очень  часто границ  не знает,  особенно в  походе, и,  в
третьих, этот случай подарил нам великолепную фразу:
     "Я вот сейчас пожалею тебя, как Нина Ивановна кузнечика!"

     32

     Скромен  и  неприхотлив  ужин  в  охотничьей  избушке  после  бани   на
Приполярном. Краткое описание блюд: манная каша, утята и куропатки жаренные,
хариус,  грибы,  варенье из голубики с блинчиками, синюховка, настоянная  на
можжевельнике и  разбавленная  виноградным соком (сок  везли из  Москвы ради
такого случая), чай  из  местных трав (рецепт утерян  вместе с травами)... И
все в  изобилии. Причем завхоз (да светится имя его в веках!) к экзотическим
блюдам приказал  не  прикасаться, пока не будет  уничтожена  плановая манная
каша.
     Кижа сломалась  первой. За ней, не выдержав испытания изобилием, отполз
я.   Потом   посыпались  по  одному   и   остальные.  Беззаветный  борец  за
вдохновляющий лозунг: "Экономика  должна быть экономной" Юра в конце  концов
тоже поднял вверх свой живот. А в это время Валера, не спеша, не тратя время
на шутки, поедал остальное. И стол,  как и положено в походе, стал стерильно
чистым.
     Вот  что   значить  пожизненно   отсидеть  в  общагах   студенческих  и
аспирантских!

     33

     Походные  тропы забиты историями. Одни - ужасны, другие просто забавны.
Главное - как их воспринимать.

     К примеру,на Кантегире весь поход шли дожди. Выдался  всего  один сухой
день.  Про  солнце я  не  говорю, но дождя точно не было. Песня "Какое  небо
голубое" была  запрещена местной цензурой, ибо после ее исполнения начинался
не  просто  дождь,  а  проливной ливень. И именно  в этот  день я  умудрился
потерять свою анараку. Утром  оставил ее  на камушке за ненадобностью. Народ
помирал со смеху, слушая мое повизгивание в порогах. А, между прочим, в этот
момент моя физиономия могла служить заставкой в фильме ужасов.

        **

     *

     А  однажды  брели  мы другой  саянской тропой.  Слово "брели" в  водном
походе  на меня  производит  неизгладимое впечатление.  Я и  в походы  ходил
только в  водные, чтобы пешком не бродить. Но, к сожалению, к  каждой  ложке
меда всегда примажется бочка дегтя.
     Тропинка шла  по крутому  обрыву и становилась  все  уже.  Вскоре моему
терпению  пришел конец, тропинке, кстати, тоже. Тут я взвыл по  настоящему и
потребовал у  руководителя похода письменной расписки, что  такой  кошмар  в
нашем водном походе больше не повторится. Заверения, естественно, я получил,
но легче не стало. Над  осыпавшейся частью тропы торчал корешок. Вот за него
народ   стал   хвататься   и,   раскачиваясь   над  50-метровой   пропастью,
перепрыгивать. Мы,  повторяюсь, -  водники, а не какие-нибудь альпинисты, да
не к  шашлыку будет сказано. О страховке  на воде  мы знаем все, или нам так
кажется, а на полет над пропастью не затратим  лишней минуты. Просто возьмем
и полетим. С меня даже рюкзак  поленились снять. Подхожу к обрыву,  хватаюсь
за корешок, уже порядком потрепанный, и...
     Когда на  гусятнике вспоминается эта история, моя грудь самопроизвольно
выпячивается. Забавно, правда? До ужаса.

        **

     *

     Обычно на тропе походная компания растягивается чуть ли не на километр.
Первые летят, как на крыльях, в предвкушении длинного перекура, а замыкающие
любители здорового образа жизни ползут, дабы в конце услышать: "А вот  и все
в сборе, теперь можно двигаться дальше".
     И  в  этот   раз  мы  не  изменили  традиции.  Жара,  тяжелые   рюкзаки
несколькоприуменьшили  прыть длинноногих.  Приуменьшили на  столько,  что из
задних рядов можно  было наблюдать  забавную картину: лидер номер три рванул
так, что через  мгновение скрылся за горизонтом. Вы видели человека бегущего
с сорокакилограммовым рюкзаком?  А зря, очень пикантное зрелище.  Четвертый,
дойдя до невидимой черты, последовал его  примеру. Когда  пятого постигла та
же участь, мы, замыкающие, открыли дискуссию. Вывод напрашивался сам собой -
ребята  увидали  местность,  самой  природой  созданную  для очень  длинного
перекура. Действительность оказалась более сурова. Когда я дошел до заветной
черты, в мою  правую  щеку вонзилась оса. Краем  глаза  замечаю по  середине
тропы  дыру,  а над  ней рой пчел.  Через  мгновение я оказываюсь  в  группе
лидеров, уже подсчитывающих свои раны. Больше всех  досталось  четвертому. В
него впиявилось штук десять ос и он аллергически чихал. К  сожалению, он был
дежурным и супчик, приготовленныйна перекусе, был специфичен.
     А  теперь  дайте мне  ответ  на  вопрос: ну почему все смеются, когда я
рассказываю  эту жуткую  историю?  И  вообще, в  чем  разница  между  жуткой
историей и забавной?


     40

     В  древнем  городе  Угличе существовал животворящий  источник. В  самые
мрачные времена героической борьбы советского народа за свое светлое будущее
против диких орд  язвенников и  трезвенников он не иссякал. Чудо,  забытое в
наши  времена ликеро-водочного изобилия, навеки  останется  в памяти истинно
верующих. В желудках тоже. Хотя бы в форме цирроза печени.
     В тот поход  на яхте мы с моим матросом Шуриком совершили паломничество
к святым местам. Причастившись всего двумя кружками, мы с полными канистрами
вернулись на яхту.  Перед совершением  священного  обряда оставалось  только
зачалиться  и  я твердой  рукой направил  судно  в гущу  рыбацких  лодчонок,
стоявших возле плотины.  Замедляю  ход, перевожу  мотор на нетралку и бросаю
кормовой якорь.  Канат раскручивается до конца  и я кричу Шурику,  чтобы он,
мол, тоже бросал  свою  носовую  железяку. Шурик, держа в одной руке  якорь,
поворачивается ко мне лицом и пускается в рассуждения о том, что если встать
чуть-чуть  в  другом  месте, то  рыбы будет...  Я  так  и  не  узнал,  какое
количество рыбы сулил он. Всего в трех словах я выразил свое отношение к его
предкам, потомкам, да  и к нему  лично. Это были короткие,  но емкие  слова.
Шурик бросает якорь,  но... Было поздно. Течение  у  плотины очень сильное и
нас понесло на  рыбацкую мелюзгу. ?мких слов  слышится  гораздо больше и они
несутся со всех сторон. Теперь они обращены  лично ко мне. Ну  и эхо в  этой
местности! Мы наваливаемся на  катерок  какого-то  ликеро-водочного  рыбака.
Мужик спросонья решает, что у него белая горячка... Одним словом, зачалиться
удалось  только  через полчаса. Я  с красными  ушами удаляюсь в свою  каюту.
Такого стыда  я не испытывал никогда. До сих пор у меня все внутри сжимается
от этих воспоминаний...
     А матрос  Шурик? Он очень плохо кончил. Женился, забросил походы,  стал
доцентом... И да пусть так будетс каждым непослушным матросом!

     42

     Как  походный  народ  выдерживал  мой  храп  остается  тайной  за семью
печатями. А как он боролся с другими, я был свидетелем.
     По  доброте  душевной,  местная  уборщица  запустила  нас  в  помещение
автостанции, закрывающееся  на ночь. Мы, как всегда, комфортно расположились
на лавочках.  Первым перешел  в мир сновидений Сан Ваныч. Причем  перешел во
всю  мочь своих  легких.  Интеллигентный Костя  заскрежетал зубами: "Ребята,
дайте мне тапочек!" Не успевший  далеко уйти  Сан Ваныч услужливо вопрошает:
"А мои кеды подойдут?"

     44

     Люблю  я  свою  походную  компанию.  Ребята,  как  на  подбор  попались
душевные, и, можно даже так выразится, вежливые. Судите сами, я поведаю одну
из основополагающихлегенд походного мира.
     Мы сидим на груде слегка  чистых рюкзаков и байдарок в речной посудине,
которая доставила нас из  Лабытнангов  в Салехард. Бог  знает, какой день мы
пытаемся  вырваться из  пленительного  мира  Приполярного  Урала, оправдывая
добрую  советскую  привычку  попадать  на  Север  легко и  элегантно, а  вот
возвращаться... Кругом мусор и грязь, причем  явно не  та  от которой нежные
микробы  дохнут. Ото  сна,  благо уже  ощущалось  приближение рассвета,  нас
удерживало чувство долга перед теми семижильными парнями,  которые  пытались
приготовить  обедозавтрокоужин на песчаном бреге при  ветре не менее четырех
баллов из насквозь промокших щепок, да чувство несколькодневного голода.
     И  чудо  произошло! В помещение вошли  титаны  походного мира, трепетно
неся дымящиеся  реликвии. В молитвенном  экстазе  мы сгрудились вокруг  них,
прижимая  к сердцам (а кто и  к желудкам) миски, кружки и ложки.  В одном из
канов белела (именно белела!) манная каша, а от янтарной поверхности другого
воспарял  душистый  аромат  свежезаваренного чая,  почти  уже забытый нашими
ссохшимися желудками.
     И  тут  моя рука потянулась к кану  с  чаем. Не  знаю,  что она думала,
наверное,  совсем  осатанела  от  бессонницы.  Я смотрел  на  свою руку, уже
понимая, что совершаю. Моя походная кружка, прошедшая много походов и этот в
частности, которую я  давно не мыл, так как уже  бессмысленно, опустилась  в
янтарную жидкость. На глазах всех присутствующих...
     И  что?  Нет,  вы  подумайте  и  попробуйте представить, что  произошло
дальше? Слабо?
     Средь гробовой тишины раздался негромкий голос:
     "Отойди малыш, у нас дюже крепкий табак".
     Через мгновение, уже стоя  на палубе с  остатками чая в своей кружке, я
стал понимать, что и на смертном одре я услышу этот задушевный голос.
     Да, господа, джентльмен даже в походе джентльмен!

     45

     Последнее  пристанище человечества на Приполярном Урале  встретило  нас
многоярусными  нагромождениями  ящиков  с пустой  стеклотарой.  Узнаю  тебя,
Русь-матушка! Даже на Севере.
     Быстро-быстро, к вечеру, собрали  байды  в  узеньких проходах и в путь.
Впереди Шурышкарский  Сор. Грандиозная  поверхность воды, по которой даже на
байдах надо идти по фарватеру. Идем всю долгую белую ночь. Жажду нам утоляет
Кижа, шаманя марганцовкой над забортной  водой. А вот  "до ветру" сложнее  -
экипаж  смешанный,  то есть с нами  была  дама.  Галантно  пытаемся  сходить
погулять  на ближайший островок, на  котором  не то что  кустика, травки  не
было. В самом центре островка, до которого брели с полчаса, грязи - женщинам
как  раз по пояс. Остатки цивилизованного воспитания спадают с  нас вместе с
этой грязью.
     К утру добираемся до материка. Шикарный  песчаный пляж, метрах в ста  -
стена  удивительно высоких для этой широты деревьев. Сходу  ставим  палатки,
что бы поспать, а потом плюем на отдых и начинаем паковать  вещи. А зря. Для
начала  обнаруживаем  отсутствие   всего  запаса  риса.  Под  нашими  косыми
взглядами Андрэ  перетряхивает свой рюкзак  и находчиво, но нудно, объясняет
нам, что  в кормовом походе надо  питаться  дармовыми местными деликатесами.
Удар  по  нашим  желудкам  страшен, но  приговор  был суров  и справедлив  -
самоличное  приготовление  плова  на  все  честную  компанию.  Приговор  был
приведен в исполнение на первом же гусятнике.
     Веселое  начало  нашего похода  продолжил Юра. Чай  тоже приказал долго
ждать  нашего  возвращения. Настоящий  индийский  чай,  в те славные времена
изысканнейший дефицит. А  это уже катастрофа.  Поход, особенно кормовой, без
чая, как гусятник без спиртного. От братьев Вороновых про чай узнаем все - и
где  на  буфете  он лежит, и как выглядит буфет,  и как  запакован чай, и...
Легче  не становится. За сто верст ни одного населенного пункта,  не  говоря
уже об открытом магазине. В ужасе Юра хватает литр спирта и бежит к соседней
группе  туристов.  Назад он возвращается без спирта, но с двумя пачками чая.
Одна большая,  да одна  маленькая. Грузинские. Бр-р-р!  Домой их и привозим,
как сувенир, ибо природа  (таежная) для  народа (туристического)  бесплатный
поставщик не только дичи и хариусов.  Вкуснее  приполярного чая, настоянного
на молодости, я ничего уже не пил.
     Солнце, легкий  ветерок, рассыпчатый под  ногами песок, пережитые ужасы
расслабляют меня  и я бреду в  одних плавках до леса. Где-то в  вышине гудят
высоковольтные провода... И только войдя в лес, до меня начинает доходить: а
откуда  в  безлюдной тайге  может  взяться ЛЭП? Но  это уже  другая история.
История про битвы с могучими  стаями  комаров,  которые мы  смогли  победить
оружием  пострашнее  моих  плавок; бесславные  поражения  от  полчищ  мошки,
которых, хвала Великому Оллорикену, смог смести только сильный ветер...
     Ветер,  до ветру... Каламбурьте  сами.  А  мне в том лесу, поверте мне,
было не до каламбуров...

     46

     Выходили мы с Приполярного в места обетованные по  великой таежной реке
Танью. Вот уже  вдалеке показалась  первая примета  человеческих  существ  -
лодка. На всякий случай прячем свои ружья от греха подальше.
     Но  лодка ведет себя как то  странно,  во  всяком  случае, на поведение
охот. инспектора не похоже. То  часто-часто  загребает веслами, то замрет на
месте. Лодка носом воткнулась  в берег, из нее выскочил малюсенький  эвенк и
побежал. А  за ним по песку потянулась громадная  щука! Он бросился к ней и,
тюк-тюк, быстро застучал  по ней колотушкой. Великанша  как то  очень быстро
смерилась со своей участью и затихла. В ней оказалось (да отсохнет  мой язык
на  гусятнике!)  метра два! А  эвенк ростам мне по грудь,  а  дылде Андрюше,
который  с  ним  затеял великосветскую беседу, соответственно, э-э, по пояс.
Жена эвенка, как  и положено,  оказалась на  голову (эвенкскую) ниже мужа. А
дети... Не знаю, что меня больше поразило - щука или эвенкская семья. Скорее
всего - контраст.
     Щуку, по слухам, продали близлежащим туристам за ящик водки.  И  теперь
они рассказывают не менее достоверные истории про эту рыбку, чем я.

     47

     Ребята  уже  отчалили,  а  мы,  увлекшись   мытьем  посуды,   несколько
замешкались. Поднимаем паруса и  стартуем вдогонку. Но, выйдя из-за острова,



понимаем, что погорячились. Остров закрывал сильный ветер. Другие "Мевы" шли
под одним гротом, а мы распушились, как невеста на выданье. И  тут началось.
Наша   посудина   зарывалась   в   волны,   будто  поросенок   в  навоз.  И,
соответственно, хлебала воду.  Стаксель спускать не решаюсь на ходу - матрос
мойвпервые  на  морях  и  океанах.  Отдаю  команду  отчерпывать  воду.  Коля
поворачивается ко мне: "А чем?" Я молчу.  Через некоторое время: "Тут только
один котелок,  но  он с икрой."  Икра из  шести знаменитых лещей, подаренных
местными рыбаками, тщательно  засоленная  и  хранимая нами,  как сокровище с
острова  Скелета. Я молчу  уже сознательно. "Может  ее выбросить?" Молчу, но
мужественно -  вода  залила  нижние  стрингера.  Очередная  волна, окатившая
матроса, положила конец его дурацким вопросам.
     До  берега мы  дошли,  но  жить остались случайно. Во-первых, благодаря
икре, а, во-вторых, благодаря  совершенно неожиданной чуткости моих  друзей.
По-моему, они так до сих пор не могут поверить в эту историю.

     48

     Коля  был  идеальным матросом.  Правда  команды он  выполнял  только  с
третьего  раза,  зато никогда  и  не  при каких обстоятельствах  не проявлял
инициативы. Весь  поход он обсуждал  только одну  проблему - чайка над  нами
летает, или альбатрос. Причем  одними  и  теми же  словами. "Это,  наверное,
альбатрос", через минуту: "Нет,  это  чайка" и  еще через минуту: "А  ты как
думаешь, это альбатрос или чайка?". Круг замыкался и все начиналось сначала.
Но на моем гербе высечено изречение: "Спокойствие, только спокойствие".
     На  Азовском море  волна короткая,  но  крутая.  При  хорошем  ветре на
фордаке наши  "Мевы" выходят из Таганрогского залива. Фордак - гнусный курс.
Волны  накатывают  с  кормы,  раскачивая  лодку   и  грозя  самопроизвольным
поворотом. А это грозит  не  только  нашим  черепушкам, но и оверкилем.  При
таком  ветре "Мева" опережает волны. В одну волну врезаемся носом, а сильный
порыв  ветра вдавливает в нее. На  сгорбившуюся  фигуру матроса обрушивается
водопад. Я окостеневаю. Сделать ничего нельзя. Любое движение румпелем и нас
ввернет  в  волну  штопором. А  водопад  все  ниспадает  на Колю  и  в яхту.
Спокойствие,  только  спокойствие!  Когда-нибудь  должно же  это закончится!
Узнать бы только чем? Медленно, нехотя яхта всплывает.
     Я  недрогнувшей рукой  ложусь на возвратный  курс. На чем  и  кончается



Азовский поход.

     49

     Вечером на Пироговке  разыгрался шторм и яхту прошлось увести  в бухту.
Достойное завершение славного  похода! На утро ветер усилился. Радио обещало
до 20 м/сек и не обмануло.
     А  тут еще  жена  обещала приехать  покататься!  И  тоже  не  обманула.
Пришлось   забирать   ее   с   гоп-компанией  со  станции.   Народ  тут   же
сориентировался в обстановке, забился в трюм и занялся активным отдыхом. Мне
только время  от времени доставлялся снизу стакан с бутербродом.  Под  всеми
парусами  (а  что  может  случится  на  Пироговке?)  на  фордаке,  не  спеша
переходящий в бакштаг устремляюсь к Москве.
     В книгах о морях и океанах я читал о том, что иногда  в  сильный  шторм
яхта попадает  в  положение, когда она перестает  слушаться руля. Называется
это брочинг.
     Но то на океанах, а тут, на игрушечном вдхр...
     Яхта  резко  приводится  к ветру.  Кладу  румпель на лево...  Ни какого
эффекта!  Яхту  лагом бросает на  волну, паруса  заполаскивает, как пушечный
взрыв...
     А  из  трюма  взрыв  хохота. У  них посыпались все кружки, миски  и они
решили, что так славно напились.

     50

     На  Енисее есть один феномен, который  мы с  Сан  Ванычем  не преминули
использовать в корыстных целях. Вся река состоит из вертикальных течений. То
на воде вспухает  гриб, то  закручивается  водоворот. Одним словом  на байде
можно грести, а можно и нет - скорость от этого не изменится.
     Поэтому, как то по утру мы отчалили раньше остальных минут на двадцать.
И предались отдыху на  воде.  Весла были  забыты.  Один бесконечный  перекур
плавно  перетекал  в  другой, не менее  бесконечный. На горизонте показались
наши.  Они  махали  веслами,  как  бешенные.  Наверное  нас хотели  догнать,
наивные.  Мы помахали ручкой. Они нам тоже. Время летело,  как в отпуске. На
правом берегу перед поворотом  увидали  тур.  слет  - много всяких посудин и
палаток. Нашли же место, где слетаться! С берега нам тоже махали.
     И  тут мы увидали горы. Причем  горы  на  воде. Фантастических размеров
стоячие волны я  видел в первый  и последний раз в своей жизни. На надевание
касок  и застегивание спасжилетов времени уже не было. На греблю уходили все
нерастраченные  силы, но  и их  явно  не хватало.  Байда  становилась  почти
вертикально и мы  старались только удержать  ее перпендикулярно волне. Время
остановилось...
     Это был БОЛЬШОЙ ЕНИСЕЙСКИЙ ПОРОГ.
     Если бы  мы влетели в него чуть левее,  рассказ получился бы короче.  И
явно не моим.

     53

     Несовпадение мнений о ближнем приводит к курьезам.
     Одна знакомая спрашивает моего товарища:
     "А где Владик?"
     "В Саяны ушел."
     "Значить опять из "Саян" пьяненьким придет?"

     54

     Мне  всегда  хотелось  иметь что-нибудь  парусное.  Побывав на Парусном
берегу, что  существовал  в  свое время на Московском море,  и увидав, какие
чудовища бродят под парусом, мы с другом принялись за работу. Так я  впервые
узнал  аксиому: "Туристы - санитары  производства". Основательно почистив не
только родное  МИФИ, мы изготовили  к нашему "Салюту" шверцы, мачту,  гик...
Парус, не долго думая,  сделали из  чего-то, очень смахивающее на мешковину.
Просто два треугольных отрезка материи.
     Испытания происходили  поздно  осенью  на  Царицинских  прудах.  Нас  с
Шуриком  сопровождал безотказный Буя. Быстро под моросящим дождиком  собрали
байду. Долго собирали все остальное. Наконец, поставили наше глюкало на воду
и забрались внутрь. Буя изо всех сил держал мачту.
     "Отпускай" - командую Буе.
     "Так вы же перевернетесь!"
     "Отпускай, тебе говорят!"
     "А и черт с вами!"
     И отпустил.  Саша, сидя на  фальшборте, откренивал,  я  сучил ногами, к
которым  должны  были  быть  привязаны  ремни  управления,  а  руки  пытался
распутать от гика-шкота. Когда я справился с веревочками, то выяснилось, что
мы уже  на  середине.  Вытягиваю  левую ногу - байда не реагирует,  а  резво
несется вперед. Выяснив, что с ноги соскочила петля, кладу концы веревочек в
зубы  и  дергаю за  петлю. Байда  послушно поворачивает.  И  несет  назад, к
изумленному Буе.
     Пять минут на воде. И вся долгая зима в рассказах.

     55

     На Кременчугском водохранилище мы увидели  парус  большой яхты. Редкий,
если не  сказать  -  единственный  случай  спуска  большой  яхты на  майские
праздники. Мы  с Андрюшей хватаем "Меву" и, бросив коллектив, устремляемся к
яхте.
     Вместо "здрасти" к нам тянутся две руки с полными  водкой стаканами. На
закусь  дают  настоящего украинского  сала.  Знакомимся и осматриваем  яхту.
Переделка  из "Дракона", очень грамотно сделанная.  Но какая-то она  слишком
длинная. Андрюша стучит по корме:
     "А-а, из нержавейки сделали ахтерпик?"
     "Нет, нержавейки не нашлось, пришлось делать из титана".
     Воистину всесилен лозунг: "Турист - санитар производства"!

     Какая яхта без фонаря

     From: Alan@abs.vis.ru

     В походы ходил не много, а вот о яхте есть что расказать.

     Куйбышевское водохранилище.  Гонки крейсерских яхт "Кубок Волги -  198?
год". Изрядно потрепанная ночными  ветрами  яхта  финиширует  в  Ульяновске.
Команда  тоже  потрепанная  - за последние сутки поспать  некому не удалось.
Идем на берег и узнаем, что старт следующей гонки часов через шесть. А у нас
на мачте  фонарь отказал. Ну  что ж надо чинить. Решаем поднять человека  за
фал на обвязке к этому самому фонарю (высота от палубы  метров десять). Яхту
естественно качает, но не сильно. Поднимаем это мы  значит Мишу к фонарю. Он
удобно усаживается на краспицу (кто не знает это поперечина такая  на мачте)
и начинает разбирать  фонарь. Через некоторое  время он делает вывод - нужны
вторые пассатижи. Их  нет. Ну что делать  пошли  по  соседям.  Поднимаем  на
другом   фале  ему  пассатижи.  Нет  реакции.  Кричим.  Орем.   Весь   набор
ненормативной лексики исчерпан  - Бесполезно. Обняв мачту Миша похрапыват на
высоте десяти метров.  Мысль  первая  чем бы кинуть в  него ненужным. Но как
известно из классики для этого надо "иметь что-нибудь ненужное". А его этого
ненужного нет. Как бы мы  решили эту проблему никто не знает, но выручил нас
прошедший мимо "Метеор".  На его волне яхту разок-другой сильно качнуло и мы
услышали  вопль  с  небес,  то есть  с мачты, - "  Вы че совсем о@#$ли людей
железками по башке будите".
     Пришедший с  берега кэп, оглядывает  команду,  затем  мачту,  и наконец
изрекает "Ну вот с двумя то фонарями куда как лучше! "

     Кто  сказал, что каши мало ели? Или не  получившаяся переправа.

        From: bers@rusoil.net.

     Скромная  история про  завтрак. Дело было в  нехилой пешей  четверке на
Восточных  Саянах. Группа,  наконец, вышла  к долгожданной  дневке  на  реке
Китой, нам эта речка  показалась приветливой и  ее прозрачные воды навеивали
отличное  настроение (даже не скажешь, что пятерка  водная),  умиротворяющая
погода с солнышком  давала понять -  отдых перед  сложной  петлей будет  что
надо.  Надев  купальники, мы  с  ребячьей радостью  бросились отмываться  от
прошлых дней  похода,  некоторые  участники  группы  пару  раз  без  особого
напряжения  бродили  речку  туда  и  сюда.  Прекрасная рыбалка  на  Хариусов
принесла дополнение к  скудному рациону  туристов. Как  и положено  не  одна
дневка не обходится без торта... В общем все как положено.
     После  длинного от  безделья  день закончился.  Уложившись  в  спальные
мешки, вдруг неожиданно по палатке заморосил мелкий дождь, такой который все
знают,   мерзкий   холодный,  отбивающий   все  дневное   настроение   своей
тоскливостью, наверное, это по такой дождь поется  "Солнце не будет, жди, не
жди".  Утро  было хмурым и казалось,  что облака серее серого пытаются сесть
тебе на голову и не слезать ближайший год. Что ж подумав о том, что в плохую
погоду на  перевал 2А  не стоит лезть, решили  продлить  дневку еще  на один
день...
     Утро  началось  с того  же серого  и  тоскливого, что  и  прошлое.  Тут
началось и самое интересное. Уровень Китоя  поднялся до 1,5 метров, а вода в
нем была как непроглядная  мгла,  поглотившая солнце. По  маршруту надо было
бродить ее  на  другую  сторону,  но  бурлящие  потоки  давали  понять,  что
справится с  рекой будет  не так  то просто. Решено  было навесить  навесную
переправу, сложность  заключалась в  двух аспектах: первый кто  будет первый
плавать со  страховкой для  закрепления основной  веревки  на другом берегу,
второй,  ширина опасного участка составляла более 50  метров (уже не было по
близости).   Первым   поначалу  был  выбран   руководитель,  как  обладатель
наибольшей массой, около 100  кг, но зайдя по бедра в  воду тут  же был сбит
течением. Пришлось  его  быстро  эвакуировать на  берег.  Второй раз  поплыл
умеющий  плавать лучше всех в группе.  После организации ему страховки из 60
метрового репа, пристегнутой основы тоже 60 метров и еще  одной основой ниже
по  точению,  надев  каску,  "смертник" отправился в  "долгое  плавание". Не
доплыл, т.е. почти доплыл, но встретившая его стоячая волна у другого берега
отшвырнула  его назад. По требованиям к переправам  на  воде  концы  веревок
должны быть не закреплены, именно это чуть  и не лишило нас одного товарища.
Нашего "смертника" подхватило  течение и понесло по  реке. Страховало его  в
две руки пять  человек, при чем двое были крепкие парни, но как ни старались
страховочная веревка  из-за того,  что  намокла,  неумолимо  проскальзывала.
Первый  стоящийна  страховке  самоотверженно  намотал  веревку  на  руку,  в
последствии рука в области кисти оказалась сломана, и потихоньку сползал все
дальше в нервную  реку.  Ситуацию надо  было  спасать. Я  ухватился за конец
веревки  и  намотал  ее  за  какой-то  куст,  что  дало  эффект  маятника  и
"смертника" прибило к берегу, вот  и думай теперь крепить веревки или нет. У
пловца  из одежды  Китой не пощадил  ничего, оставив только каску  (чем он и
прикрывался) и  верхнюю обвязку,  отчего  у  реки мы заметили  отклонение  в
сексуальной ориентации. Третий заплыв оказался неудачным.
     Сведущая  попытка  преодоления водной преграды началась  со  следующего
дня, который то же не предвещал ничего хорошего. Заплыв оказался  удачным  и
основа торжественно под  улюкающие  вопли  была  привязана к кедру на другом
берегу. Погода к этому времени не изменилась,  все  скучали по солнцу и хотя
бы клочку синего неба. Подтянув полиспастом основу решили поутру натянуть до
конца, убрав провис до минимума (сами понимаете больше 50 метров).
     Утро было немного лучше, но только тем, что нас сегодня здесь не будет.
Поев КАШИ со свежими силами  мы бросились к переправе. На раз два три дружно
начали подтягивать  полиспастом перил и тут... на том  берегу  произошло то,
что ввергло всю группу в шок: кедр плавно рухнул в воду. Попытки высвободить
веревку ни к чему не привели. Пришлось  плавать еще раз  и обрезать веревку.
Так неудачно закончилась  идея с навесной переправой. Пришлось идти  выше по
течению, к тому же погода поправилась и уровень воды начал снижаться. В двух
ходках  выше нашли  узкое,  но очень  бурное место откуда начинался каньон и
организовывать переправу по бревну, но это уже другая история.

     О носках, собаках и ''хороших'' местах.

     From: Павел Гуменюк (airline@mnogo.ru), 5 Mar 2002

     Было это  жарким  летом  1995  г.  (точнее  в  начале  августа  месяца)
Абсолютно одурев от дел,  городских катаклизьмов, совершенно  запутавшись  в
личной жизни я проснулся с острым  ощущением того, что сегодня, сейчас,  сию
минуту  мне  просто  необходимо  одеть  рюкзак  (тогда  я  ходил  со  старым
брезентовым пельменем доставшимся в наследство от отца) и  просто сбежать из
города. Звоню корню (в  зависимости  от  ситуации: друг, товарищ, брат,  тот
мерзавец,  который  пока ты ходил  за дровами съел общую кильку в томате)  и
через  три часа мы уже  на  автовокзале  в ожидании того так горячо любимого
всеми  ЛАЗ-а, который  и  должен доставить  нас на  ''лазурное  побережье''.
Отправились  мы  на  Печенежское  водохранилище,  что в  Харьковской области
западный берег  которого порос т.н. Черным лесом. Не знаю, почему черный, но
достаточно  обширный  без домов  отдыха, пионерлагерей  и прочей  населенки.
Короче  говоря, одно  из  немногих  мест  в Харьковской области,  где  можно
спрятаться от человечества не забредая очень далеко от цивилизации.
     Час в ЛАЗ-е, 40 минут по огородам, полям, холмам и партизанским  тропам
в  Черном лесу и мы  уже изрядно  вымотанные  и  счастливые,  что  вырвались
отыскали отличное место  для стоянки. Представьте себе кручу: обрыв метров 5
поросшая  лесом  площадка как раз  для палатки и костра и потом снова  обрыв
метра 3 и чудный песчано-глиняный пляжик.  Таким образом, с тропинки наверху
нас  невидно,  с  воды и  берега  тоже  (деревья  прячут). Эдакий падающий в
водохранилище  остров. Место  просто волшебнинькое листва  скрывает  тебя от
беспощадных  солнечных лучей,  человеческое присутствие  выражается только в
хлопающих парусах величественно проплывающих  мимо буквально в  5  метрах  и
абсолютно тебя не замечающих яхтах, а также в ненавязчивой музыке по вечерам
из  дома отдыха на противоположном берегу.  Красиво ...  Сидишь на обрывчике
ножки свесил, под тобой  волны плещутся в кружке как  обычно в  первый вечер
похода тоже присутствует, звезды светят. И так душевно становится.
     Так  вот корень,  что  учудил.  Было жарко  и после долгожданного ужина
(читай  завтракаобедаиужина) он отправился  на берег мыть посуду.  Взял да и
зашел в кроссовках в воду.  Все  бы ничего, если бы он дурачина не лег потом
спать в мокрых носках. Наутро он естественно проснулся с температурой. Благо
цивилизация недалеко.
     На то место потом я приезжал неоднократно просто  вырваться, отдохнуть,
а  однажды поехал  туда на неделю. Естественно  по  всем законам солнце было
только  в первый и последний дни все остальное время шел дождь. Сказать, что
это сильно  омрачило  мне отдых,  так нет,  вот  только на утро второго  дня
высунув  морду из  палатки  я  обнаружил,  что единственная  тропинка наверх
превратилась в водяной  ручеек  и в  совокупности  с глиной представляла уже
практически  непроходимую (без веревки,  ледорубов  и  кошек)  преграду.  За
дровами я с трудом выбрался, вонзая топор в  землю и подтягиваясь на вымытых
дождем  корнях деревьев.  О  том  чтобы  повторить подобный подъем с  мокрым
пельменем  (форма  доисторического  брезентового рюкзака) набитым  вещами  и
такой же отсыревшей брезентовой палаткой и речи быть не могло. Благо времени
и  консервов  было  достаточно,  да  и  цивилизация  недалеко.   Вот  только
дискомфорт некоторый ощущаешь - как в ловушку попал.
     Когда  пришло  время   возвращаться  домой  вышло  солнышко  и  уезжать
естественно не хотелось. К тому же, как назло, никто из участников концессии
не взял с собой часов (типа счастливые часов не наблюдают).  Другими словами
когда  вещи  были  собраны  и  уложены  в рюкзаки да  так,  что  можно  было
выдвигаться из внешних осветительных приборов в наличии были только  звезды.
Путь  наш лежал  по лесной тропинке которая шла по  кручам вдоль берега и  в
одном месте раздваивалась. Старая  тропа шла прямо и заканчивалась обрывом в
воду (метров 7 лететь). Так вышло, что кручу подмыло и ее кусок с фрагментом
тропинки погрузился  в  пучину.  Обнаружить,  где вовремя повернуть в  такую
темень было практически  нереально. Нашим  в прямом смысле  слова  поводырем
стала  моя старая (в этом году будет 14 лет) собачка  самой распространенной
элитной дворовой  породы.  Взяв  Альму на  поводок  и  скомандовав волшебное
''Домой''   мы  без  приключений  выбрались  на  трассу.  Благо  цивилизация
недалеко.
     Откуда она знала, где  повернуть.  Для  сравнения: была с нами еще одна
собака типа болонка. Так вот  она всю дорогу только мешала - прижималась  от
страха к ногам и скулила просилась на руки.

     Мораль:
     1. Ноги всегда должны быть сухими и теплыми
     2.  При   выборе   места  надо  осмотреться  и   задуматься,  не
превратится ли оно завтра в мышеловку.
     3. В походе от братьев наших иногда бывает очень ощутимая польза,  а не
только проблемы в транспорте и запах псины в палатке.

      * КОРОТКИЕ ИСТОРИИ *

     Игорь Зырянов (ego@pluto.iis.nsk.su)

     Один  мой  знакомый  рассказывает мне после возвращению из
горного похода:
     Просыпаюсь  это как то я... Слышу - гул какой-то, качается



все...  и сам чего-то это я лежу на каком-то краю, а  с  другой
стороны  -  стенка  какая-то  и почему-то раздет - теплых вещей
рядом найти не могу...  оглядываюсь  кругом  -  какое-то  место
дурацкое  -  че мы здесь встали?... Совсем было перепугался, но
вовремя сообразил что это я в поезде домой еду...

     Игорь Архипов (arkhipov@yts.yartelecom.ru)

       В 1990 году ходили мы в поход на р.Чен-Кемин. И на одном
из порогов требовалось  срочно  убежать  от  одного  нехорошего
прижима.   Естественно  экипаж упирается со страшной силой, как
вдруг один из носовых перестает работать.
     Командир кричит ему: "Коля, греби!!!"
     В ответ тишина.
     Командир опять : "Коля греби $#@# мать !!!"
     Мужик  сидит  в  дугах  и  молча смотрит на приближающуюся
скалу.
     "Коля, тра-та-там, греби давай !!!!"
     В  ответ он поворачивается и спокойно произносит: "А, х@ли
грести, сейчас въ@#$#ся."
     А вообще-то кончилось все хорошо.

     Константин Федоров (kf@ifmo.ru)

     ... Видел я один такой катамаран, у знакомого... Два мешка
из тех.капрона с петлями,  проглаженные  с  низу  полиэтиленом,
(как утверждалось - для скольжения). Набивались они [...] кучей
воздушных  шариков.  (Автор  утверждал,  что  "презервативами -
лучше).  И  как  при  прохождении  шиверы  под  тобой раздаются
разрывы этих самых  шариков...  Приятель  рассказывал,  как  на
Катуни,  пройдя  порог  и  зачалясь,  они  слегка офонарели: из
порога - сплошная струя зайчиков,  белочек,  лисичек  и  прочей
надувной  радости. Впечатление, как будто затопило детский сад.

     Михаил Суханов

      Майские   праздники. На Мсте - столпотворение открывающих
сезон.
      Слив на "Лестнице" около полутора метров высотой. По реке
чешет ПСH-10, наглухо задраенный. Изнутри - невнятные крики. За
30 метров до порога открывается "дверь" и выходит мужик с целью
"по нужде". Тупо глядит перед  собой, видит порог и моментально
скрывается  внутри,  задраивая  герметично.  Изнутри  раздается
жуткий вопль: "КАРТЫ!!!!  Карты держите !!!"  Плот  влетает  на
порог,  и  рухается  вниз.....  Изнутри  облегченно: " Порядок.
Вася, сдавай".

     Дмитрий Попов. Каски

 Date: 19 Mar 1998
 From: Дмитрий Попов

     ...,  хорошая  хокейная  Salvo'вская каска вполне спасает,
она закрывает лоб, затылок, виски и тд; к ней в комплект  можно
прикупить вратарскую решетку или намордник для тех, кто дорожит
красотой своего лица.

       Реальная вещь, спасшая мне "красоту лица" -- самодельный
козырек из пенки для Salvo'вской каски.
     Сделал его, дабы вода глаза не заливала.
     На  Башкаусе  на "Камне преткновения" воткнулись мы в этот
камень на кате-4. Смогли уйти влево. Пытаемся уйти от  прижима.
И  тут на корме на левом балоне кто-то делает небольшой "отброс
кормы"... Со всего маху  кат  врубается  в  небольшой  кармашек
скалы,  а  меня размазывает по этому  кармашку. Успел убрать на
грудь весло, выпрямиться,  и  пригнуться  назад.  При  ударе  о
скалу, козырек сгибается, прикрывает лицо. Из упоров не выбило,
а вернее придавило к кату спиной.
     Кат отбросило на струю.
     Пол  дня шумело в ушах конечно, подбородок побаливал - а
так нормально.
     Кстати был именно в Salvo'вской каске .

     Рашид Амиров. Каски

     Спрашивали, какие каски лучше.
     -  Настоящий  хоккейный  каска.  Больше  видел  в  красном
исполнении, пожалуй, самый серьезный из этих троих, в том числе
по прочности и жесткости.
     -   это   прибалтийский.  Он  изначально  выложен  пенкой.
Достаточно крепок. Мне  на  голову  во  время  береговых  работ
спустили  булыжник  с  два  кулака. Разгонялся он метров 20-30.
     Нормально,  искры  из  глаз  были,  но в целом - результат
положительный

     Купили у некоей бабульки некий флакончик от комаров

 From: Igor.Kolpakov@p15.f16.n5023.z2.fidonet.org

     Одна  компания,  испугавшись  всяческих  комаров, купила в
поход  у  некой  бабульки  некий   флакончик   с   нарисованным
перечеркнутым комаром. Название впопыхах не прочитали (оно было
по-английски), пришли на место, набрызгались.  Вскоре  наступил
эффект...  Короче, после эффекта все стали судорожно переводить
название.
     Называлось  сие "Аттрактант" и способ использования гласил
следующее: "Отойдите на 200 метров от лагеря, побрызгайте  этим
средством  дерево  или  куст, и на запах самцов все комары туда
слетятся". Ну они и слетелись.  Причем,  действительно,  все...
Одного   из  участников  отправили  с  сильнейшей  аллергией  в
больницу, а остальные с опухшими рожами  кое-как  пережили  это
все.

     Василий Воробьев (vvs@titan.sbor.ru)

     ...в  тот  же год на Охтапороге ну очень яростная команда.
Идут лодка за лодкой в кильватерном гордом строю и ложатся один
за  другим.  Мы по неопытности метаться начали, а потом смотрим
-- профи. Киль,  спокойно  выходят,  матрос  сразу  отваливает,
добро,  что  до берега 10 метров, а кэп сразу на корму и правит
по сливу. Ну как по писанному. Никто не суетится,  морковки  не
кидают,  ну  разве  что матросу ручку подадут, чтоб приятней на
берег вылезать. Руководительница на камеру летопись пишет. Я  с
восхищением, мол, наверно всю зиму в бассейне тренировались, уж
больно киляетесь правильно. А они -- "нет, мы просто все  время
киляемся".

     Александр Малышев. Каяк в панельном доме

>  С большими пластиковыми каяками ведь и проблемы бывают (типа
>  заноса на 7 этаж по лестнице)

     Заносил к себе:
     Рефлекс, Каньен, Хрюкен (Hurricane).
     Пластиковый  каяк длиной чуть не 4 метра - только выносил.
     Последнее развлечение было самым захватывающим.  На каждом
этаже  нос  каяка  засовывался  в  лифт,  а  в  пролетах  корма
выставлялась в окно. А лифт ехал за мной с этажа на этаж.

 From: Gleb Korolev (gleb@intek.spb.su)

На  днях  произвел  провоз  Prijon  Hurricane в метро. Садились на той самой

Площади восстания.  Лыжники, которые попали вместе  с  нами  в  вагон  долго
мялись, а потом начали спрашивать: "Вроде ведь не сезон, ребята?"

     Алексей Томин (alex@soniir.smr.ru). Где должен сидеть чайник

> Речь шла о чайниках (50/50) где их лучше посадить на катамаране:
>  1. Вперед,
>  2. Назад,
>  3. По диагонали
>  4. На один баллон
>  5. На берег

     Четыре года назад на Айгире наблюдал еще один вариант:
   6. Посередине (сидело шестеро).
       Кат  был  зачален  с  третьей попытки - как раз четверо осталось. При
первых  двух  попытках  "чальщик"  оставался  на  берегу  и  смотрел   вслед
катамарану.

     О гладкой гребле

 From: Nikolay Springis

Знавал  подобного  орла  -  у  него  "Колибри" была проклеена _покрышкой_ от
дорожного велосипеда... Был он в юности профессиональным гладким гребцом,  и
сопротивление протектора ему было до фени.

 From: Dmitry.Tarakanov@p88.f931.n5020.z2.fidonet.org

Был  такой  случай.  Кат4.  Все - здоровые мужики, большие ребятки, гребут с
душой, от  них  волна  не  слабая  такая.  Да  вот  беда  -  идут  медленно.
Подчалили. Осмотрели судно. Один: "Коля, ..., ты почему якорь не вытащил?

     Стас Шлык. А слабо - с горнолычного спуска на каяке?

> А слабо - с горнолычного спуска на каяке?

     "Р.Волгуша  5-6  и  12-13 апреля 1998г. ... Однако больше всех морально
пострадали горнолыжники, потому  как  вылетая  к  подъемнику  видели  связку
лодок,  резво  бегущих  по  снегу  вверх!  Особенно весело было наблюдать за
поднимающимся Тайменем - пятиметровая лайба резво подпрыгивая  скрывалась  в
снегопаде, из которого доносились удивленные вопли!

     Организация страховки - основной вопрос современности

 From: Vasilev Alexander (alex@v-data.msk.ru)

     Главное  что  бы дерево крепко за берег держалось. Лет десять назад, на
Мсте, на майские,  каяком  чалили  утопшую  "таймень"  с  сопровождавшим  ее
"чайником",  зацепили  карабином  и  скорее к берегу, на берегу у воды стоит
ель, каякер подлетает к берегу прямо  из  лодки  дотягивается  до  дерева  и
несколько   раз   обматывает   его  веревкой,  раздается  хлопок,  "таймень"
выпрыгивает из воды в прямом смысле слова (почему назвали  "таймень",  а  не
"лосось"?), дерево падает, чуть не убив каякера, и уплывает вслед за лодкой.

                                           Васильев Александр

     О терминологии

> Когда входит гуру, все надевают цаки и делают "КУ" два раза...

Насколько я помню, цак надевают, чтобы при эскимосском перевороте
вода в нос не заливалась.

     Мастерство не пропьешь...

 From: Vyacheslav Zakharov (john@telros.spb.ru)

     Кстати,  был  случай,  когда  я  по-настоящему  оценил  эту  поговорку.
Пришлось как-то из 8 байд 7 разбирать и упаковывать мне. Когда  приступил  к
упаковке  последней,  народ  позвал к столу - как раз из Макарьева вернулись
закупившиеся и довольные. Хоть мне особо  не  хотелось,  пришлось  полкружки
водки выпить. Натощак. Когда я вернулся к байдарке, я ее почти не видел - но
упаковал практически наощупь идеально, без ложной скромности скажу.

     Дмитрий Тараканов. Надпись на рюкзаке

 From: Dmitry.Tarakanov@p88.f1219.n5020.z2.fidonet.org

Gleb Korolev пишет в письме к All:
 GAK> Симптом один - в голове свербит мысль: "А нахрена я поперся со всем
 GAK> этим в такую даль?! За _ЭТИМ_ что ли?"

По  этому  поводу  меня  всегда приводила в дикий восторг надпись на рюкзаке
Дениски. Она выполнена на кармане на уровне глаз, идушего за ним.  Там  было
"КУДА МЫ ПРЕМСЯ?"

  ------------------------------------------------------------------------

      * ЭПИЛОГ *

From: Андрей Каюткин (andrej@aif.kiev.ua)

     Несколько  лет  назад  в  Слюдянке  местные КСС-ники рассказывали такой
случай: В каком-то забытом уже году на Китое они вытаскивали из  под  завала
кат  4-ку.  Все четверо гребцов остались в коленке и никто даже не дернулся.
Почему - непонятно. Может боролись до последнего, может коленку  перетянули.
Так что всякое бывает.

From: Валентин Юрин (Valentine.Iourine@g23.relcom.ru)

     Если  человек  не  умеет или не считает нужным бороться за свою жизнь -
исход мало зависит от судна,  посадки,  речки  и  т.п.  У  одного  из  наших
собеседников  лет  8  назад школьница утонула на Урупе (нижняя часть, макс.2
кс) в таймене.  Когда ее вытащили из-под  бревна  -  она  так  и  сидела  не
шелохнувшись,  даже  юбка  не  было  сорвана. То ли ступор, то ли несчастная
любовь...

From: Андрей Наумов (nae@bis.msk.su)

     5-10  лет  назад  на  Алтае  в  одной из классических 6-ок страны погиб
водник, шедший в составе весьма известной  в  то  время  команды.  Погиб  не
совсем  понятно,  ибо  после  киля  ката  страховка  сработала хорошо, и как
рассказывали, пара спасконцов легла ему, как говориться, прямо  в  руки.  И,
вроде,  травмы  не  было,  не  был  он оглушен, но некая ОЦЕПЕНЕЛОСТЬ в нем,
опять-таки как говорили, была ОЧЕВИДНА.

     А  потом  вспомнили,  что весной того же злополучного года этот водник,
едучи на каяке по Щегринке, и кильнувшись на прибрежных кустах, повис на них
как-то ОЦЕПЕНЕЛО и не делал никаких телодвижений. А так и опыт у него был.

Будь на связи

Facebook Delicious StumbleUpon Twitter LinkedIn Reddit
nomad@gmail.ru
Skype:
nomadskype

О сайте

Тексты книг о технике туризма, походах, снаряжении, маршрутах, водных путях, горах и пр. Путеводители, карты, туристические справочники и т.д. Активный отдых и туризм за городом и в горах. Cтатьи про снаряжение, путешествия, маршруты.