ГЛАВА XIV БРОСОК / часть 1

Пожелания сбылись. В 1976 году американские альпинисты поднимались на наши горы. А в 1977-м мы вновь посетили Соединенные Штаты Америки.

* * *

Она появилась внезапно. Чудотворно возникла в студеном пространстве, словно сотворилась из белого неподвижного тумана. Зависла на мгновение, мелко помахивая крылышками, и села на плечо Олега. Мы замерли, с изумлением глядя на это непонятно, как сохранившееся здесь существо. Олег повернул голову, обдал гостью клубами теплого, но мгновенно осевшего инеем пара и, тут же смекнув, что несет ее перьям гибельное оледенение, прикрыл рот рукой.

Ниже, намного ниже, на леднике, где стужа лютует не так беспощадно, мы много раз натыкались на этих птиц. Они... валялись в сухом снегу, рефлили ледяную броню, врастая камнями в ее поверхность. Но здесь! Здесь, высоко над уровнем джек-лондоновского Юкона, в мире белом, но не таком уж безмолвном, мире, который оглушающе дышит смертоносным морозом, увидеть этот трепещущий комочек жизни?!

Борисенок, боясь шевельнуться, неподвижно стоял в неловкой позе, расставив ноги в широких снегоступах, выставив ледоруб вперед. Считая, возможно, свое поведение излишне сентиментальным, решив, что в моих глазах выглядит глуповато, он в смущении опустил глаза, но исподволь поглядывал на пернатого пришельца. У него были веские основания оценивать свое поведение, мягко говоря, безответственным: несколько минут неподвижности чреваты в лучшем случае сильной простудой-на термометре 35 градусов ниже нуля! Птичка явилась прекрасным тому примером: продлила себе жизнь на минуты, может быть, даже на часы тем, что, выбиваясь из сил, продолжала полет и решилась на остановку, лишь завидев теплое пристанище.

Олег не двигался, он опасался вспугнуть это хоть и обреченное, но пока еще живое существо. Он только позволил себе негромко сказать:

- Нашла где устроить бивак! Что с ней делать? Не сажать же в рюкзак?!

Птичка погостила недолго. Чувствуя, видимо, что застывает, она взмахнула крыльями и полетела дальше.

Потом, когда стали на бивак, я вспомнил про нее и некстати сказал:

- Ничего не сделаешь. Погибнет! Олег сразу понял, что я имею в виду:

- А вдруг нет? Они здесь привыкшие... Живое приспосабливается. Мне иногда земля кажется опытной фабрикой, рассадником, где постепенно отодвигается барьер непереносимости. Когда он дойдет до нужной отметки, когда вырастет устойчивая рассада, кто-то и как-то начнет закидывать ее на другие планеты. Может, во вселенной еще только готовится жизнь?

- Слушай, Олег, - усмехнулся я, - не понимаю, почему ты не стал фантастом?

- Смеешься! Чем гоготать, лучше вспомни Рея Жакета. Человек пережил на этой горе 60 градусов мороза! Не сидя внизу у печки, а на большой высоте, при скудном кислородном пайке. А кислород - питание крови, а кровь - наше отопление.

- Он долго привыкал. 21 раз ходил сюда с клиентами!

- Вот-вот! Привыкал! О том и речь.

Внизу, на леднике, где стоит наш базовый лагерь, соседи-американцы познакомили нас с этим человеком. Сенсационные подробности его жизни произвели на меня понятное впечатление. Забывшись, я смотрел на него так, словно находился в музее. Это было не только хорошее, но и полезное чувство.

В тот же день чуть раньше, когда маленький, спортивного типа самолет высадил на ледник последнюю нашу связку, на глаза нам попалась двойка канадцев. С поникшим видом они сообщили, что запоролись на тяжелом ледовом участке. Они говорили: это адово место, ничего подобного нигде никогда не встречали и одолевают его скорее всего только те, кто пользуется какими-то специальными, хитрыми приспособлениями. Но сильнее всего они хлестнули нас информацией о своем близком знакомстве с Мак-Киили-прежде они уже поднимались на вершину этой горы, однако другим, более легким путем.

Здесь со мной Эдуард Мысловский, Олег Борисевок, Валентин Иванов, Сергей Ефимов и Алексей Лебедихнн. Все мы опытные высотники, хорошо знаем нрав высотной стихии, научились с ней ладить. Но сознание наше буквально гвоздем прошивает мысль, что нас ожидает спор с высотой, которая находится в трех градусах от Полярного круга, что мы на Аляске и хотим покорить знаменитую гору Мак-Кинли.

Еще в Сиэтле, принимая у себя дома, руководитель района архитектор Алекс Бертулис, интеллигентный, искренний человек, ставший нашим другом, откровенно сообщил нам, что связывался по телефону с шефом пилотов и тот передал: на Аляске сейчас холодней, чем обычно бывает в это время года.

- Можно . остаться без пальцев! - предупредил Алекс. - В этом сезоне на вершину еще никто не поднимался. Хорошо подумайте, прежде чем изберете маршрут. В случае осложнений вам, конечно, будет оказана помощь, но скажу ,прямо: спасательный вертолет обойдется американским альпинистам в немалую ке-пеечку.

Нам были дороги эти слова. Мм оценили доверие Алекса - он полностью доверял нашей совести. Он не стал нас уговаривать двигаться легким маршрутом, а предложил взвесить свои возможности и учесть при этом, как говорят, привходящие моменты. Позднее, в Москве, один мой знакомый сказал на сей счет: это все равно, что угощать гостя и объявить ему, во что обошлось угощение, Ничего общего! В альпинизме действуют законы деловой этики. Подмену деловой этики бытовой мы называем неуважительным словом "кокетство".

К вершине горы ведет много маршрутов, из которых несколько традиционных, наиболее легких, если это слово вообще применимо к самой высокой горе Аляски. Статистика, со свойственной ей пунктуальностью, установила основные причины несчастных случаев на Мак-Кинли: здесь 2 процента погибли от срывов, 7 процентов - от болезней и 91 процент - в результате плохой погоды. Но статистика не рассуждает - она что видит, то и поет. Зато она наводит на размышления. Такой процентный расклад обусловлен другим фактором: большинство восходителей двигаются к вершине наиболее простыми дорогами. Боже упаси нас узнать, как бы выглядела статистическая арифметика, если львиная доля претендентов потянулась бы маршрутами Кассина н Вестриб (Западное ребро). Боюсь, что в пункте "срывы" цифра бы сильно подскочила.

С этим нелегким для нашей психики информационным грузом прибыли на ледник, и здесь, сочтя, вероятно, что слишком высоко все-таки держим головы, судьба послала нам встречу с двойкой канадцев. Мало того, почерпнутые из их уст неутешительные сведения пополнились еще одним фактом. Парни тянули за собой сани, груженные мусором: банки, коробки, полиэтилен, бумага, ящики... Да, хозяева держат горные склоны в идеальной чистоте. Уж как им удалось создать эту традицию, не знаю, но ни один местный альпинист не позволит ни себе, ни другим замарывать горы отбросами. Все отходы человеческого быта собираются в тару и спускаются вниз. На наших глазах канадцы высыпали мусор в контейнер. Потом его заберет самолет и унесет с ледника.

Это прекрасно! Но на наши плечи легла еще одна забота.

Всю сумму условий следовало учитывать, выбирая маршрут. Однако идти к вершине путем наименьшего сопротивления - в буквальном смысле этого выражения - значит сразу спасовать, объявить уровень нашей альпинистской школы весьма незавидным. Поэтому о простых путях подъема у нас просто и речи не велось. Их словно и вовсе не было, в каком бы мрачном свете ни представала перед нами картина будущего восхождения.

В Анкоридже, куда мы прилетели из Сиэтла, сопровождавшие нас американцы Майк Хелмс и Рейли Мосс потешили нас веселеньким разговором о том, что два дня из трех на горе стоит плохая погода, и о том, что это такое, когда здесь плохая погода. Они вдруг затеяли воспоминания о своих, так сказать, ампутированных знакомых, покорителях Мак-Кинли. И у нас сложилось впечатление, что среди их знакомых вообще нет неампутированных. Разумеется, они это делали без всякого умысла, ибо хорошие, веселые парни и относились к нам с самой искренней дружбой. Просто они настолько привыкли к своему району, что вести подобный разговор для них столь же несложно, как, скажем, прозектору закусить за анатомическим столом. В общем все здесь складывалось так, чтобы мы, не дай бог, не вздумали как-нибудь по-своему толковать популярную формулировку: "Мак-Кинли - самая скверная гора в мире".

И вот сейчас, на леднике, как ясный день, явился нам Рей Жанет. Вот альпинист, который 21 раз поднимался на вершину (правда, одним и тем же путем, и не самым сложным) и жив, здоров, весел. Да! Мы не могли тогда знать, что два года спустя этот самый морозостойкий человек на земле замерзнет на Эвересте при спуске - побывав на вершине! - на высоте 8500 метров при очень непонятных обстоятельствах...

Хороший шанс из трех возможных выдался сразу. Пилот Хадсон высадил нас на юго-восточной ветви ледника Кахилтна на высоте 2134 метра и сказал: "Это я вам включил хорошую погоду".

У нас четыреста десять килограммов груза. Доста-' вить его в базовый лагерь можно лишь в два приема. Мы делим нашу поклажу пополам, начиняем рюкзаки, раскладываем на двое саней и отправляемся в первый рейс.

Кажется, весь снег Мак-Кннли природа сгребла на ледник. Вымороженный и потому на редкость сухой, этот зубной порошок не держится на склонах, ветер сносит его на глетчер. Мы идем на широко расставленных ногах в непривычных нам снегоступах и даже в них проваливаемся по колено. Пятнадцать километров в один конец. Четыре с половиной часа. И пятьсот метров подъема.

Тут же взялись ставить палатки. Работали не спеша. Внезапно Эдик Мысловский, спохватившись, сказал:

- Когда это было, чтобы на ночь глядя строили лагерь и так прохлаждались? Обычно носимся - язык на плече! - чтоб до ночи успеть. Ведь время - скоро одиннадцать!

- Это потому, - ответил Валентин Иванов, - что, глядя на ночь, видишь белый день.

- Ну благодать! - радостно воскликнул Сережа Ефимов.

И впрямь: всем вдруг становится весело. В утомленных душах вспыхивает свет, усталости как не бывало. Дело к полуночи, а на небе солнце! Низкое, большое, красное... но солнце! Полярный день.

Козырной картой советского альпинизма: безаварийностью восхождений. Этичней, гуманней!

Перед отъездом в Штаты в Спорткомитете мне десять раз повторили: "Помни! Главное - безопасность! Пусть поскромнее, но чтобы все вернулись живыми и здоровыми". Это были очень хорошие слова. Мы постоянно помнили их и заработали в Америке оценку "отлично" мастерством, а не бесшабашной удалью.

Итак, набившись вшестером в иглу, мы обсуждали вопрос: как лучше пройти на вершину? Я сказал, что надо сделать выбор, который гарантировал бы нам две вещи: непременный выход хоть частью группы на вершину и минимальную вероятность несчастных случаев.

- Насколько я знаю, - возмущенно ответил Валентин Иванов, - из тридцати с лишним групп, которые осадили сейчас Мак-Кинли, двадцать претендует на Западный гребень. Давайте тогда и мы... Будем двадцать первой. А можно найти и того проще.

- У нас свой разряд, - сказал я. - И всем ясно, что на Мак-Кинли мы должны выступить в своем разряде. Кассина и Вестриб - маршруты нашего разряда. И о других не идет разговор.

- Почему? - возразил Иванов. - Мы можем сделать первопрохождение.

- По климатическим условиям, - вмешался Бори-сенок, - Мак-Кинли не только не уступает Эвересту - она считается более суровой. К подъему на Эверест экспедиции готовятся годы. И это всем понятно, для всех естественно. А Мак-Кинли, ты почему-то считаешь, можно прийти, увидеть, победить. По-моему, сперва надо испытать на собственной шкуре вообще этот район. Кроме сведений, почерпнутых с печатных страничек, мы о нем ничего не знаем. Я считаю, что мы достаточно дерзко решаем вопрос, выбирая между Кассином и Вестри-бом.

- А почему вообще надо непременно выбирать? - заговорил Мысловский. - Почему надо обязательно всем скопом выходить на одну троп){?! Можно сделать и тот и другой маршрут...

- Кстати, - перебил его Алексей Лебедихин, - Майк и Рейлн уверяют, что разница между Кассином и Вестрибом очень незначительная, они, по существу, почти равноценны.

- Я бы этого не сказал, - не согласился Сережа Ефимов. - Кассин сразу о себе заявляет. В нижнем кулуаре сплошной лед. Какой?! На вид его отбойным молотком не возьмешь. Там метров триста будет.

- Я лично, - снова заговорил Валентин, - хотел бы пойти маршрутом Кассина. - Он выразительно посмотрел на Эдика.

Заметно было, что предложение партнера по связке не привело Мысловского в восторг. Как руководитель группы, он чувствовал особую ответственность за судьбу людей и восхождения. Ему близки были мои доводы. Однако все понимали: это ивановское "я лично" означало вовсе не "я", а "мы", то есть двойка Мысловский- Иванов. Если желание одного партнера идет вразрез с желанием другого, то какая же это двойка?! Психологическая совместимость-это изначальное условие связки. Но неписаные законы альпинистской этики обязывают партнеров и к солидарности в намерениях, действиях. И если партнерам небезразлична прочность их веревки, то ради солидарности им иногда приходится наступать себе на горло.

С минуту Эдик молчал. Потом, чувствуя, что группа ожидает его ответа, сказал:

- Я должен подумать.

Мысль о разделении группы пришлась мне по душе. 3 самом деле, почему бы одной двойке не попытать счастья на этом столь высокопрестижном маршруте. Мы же двумя связками: Шатаев-Борисенок и Ефимов - Лебедихин для верности пойдем Западным ребром.

Уж кто-нибудь из нас на вершину поднимется. Ребята охотно согласились на такой вариант.

Позднее сказал свое ответное слово и Эдик Мыслов-ский. Он согласился сделать попытку пройти маршрутом Кассина.

Было принято н еще одно решение. И уж если нам полагалось сделать что-нибудь "первое", то эта затея - одна из самых первых на Мак-Кинли.

Увидев меня возле иглу, Майк и Рейли с округленными от удивления глазами спросили:

- Это правда?

- Что "правда"?

- Вы хотите идти на вершину в альпийском стиле?

- Хотим.

- Но это... Мак-Кинли! -ч Именно потому, что это Мак-Кинли, мы хотим идти без промежуточных лагерей, без предварительной обработки участков, без предварительных забросок. Все при нас - в рюкзаках. Мы считаем, что по Мак-Кннли нельзя разгуливать туда-сюда - слишком она норовиста. Но у нее, к счастью, довольно замедленная реакция. Прежде чем эта гора возьмется стряхивать с себя мошкару в образе альпинистов, мы, возможно, успеем подняться на вершину и спуститься с нее.

22 мая рано утром решили сделать небольшую рекогносцировку. Отправились по северо-восточной ветви ледника Кахилтна и, преодолев перепад высоты около 750 метров, вышли на отметку 3400. Отсюда хорошо видны подробности предстоящих маршрутов. Если б не отдельные темно-серые плеши, пробившиеся скальные пики или проросшие двускатными крышами острые каменные гребешки, на которые изредка натыкается глаз, можно было подумать, что мы попали на огромный айсберг. Бесконечное царство льда! Им заросли склоны, кулуары, перегибы... Повторяю, ветры оголяют его поверхность, сдувая сухой снег вниз, на ледник. С тяжелой душой мы вглядывались в верхний ледопад, сплошь испещренный трещинами, напоминавший морщинистую шкуру слона, - искали пути прохода. Впрочем, нет худа без добра. Нас отчасти успокаивал тот факт, что вероятность схода лавин на редкость низкая. Наши хозяева говорили, что в этом смысле нам повезло: нынче стояла сухая весна и структура снега не позволяла ему вовремя закрепиться на склонах.

Насытившись этими далеко не радостными для нас ландшафтами, отправились вниз.

Уж пару дней стоит плохая погода. Оправдывается статистика: из семи дней нашего пребывания на Аляске четыре скверных. Сегодня, 24 мая, Мак-Кинли затянута облаками. Наши альтиметры "низко пали", так что ничего хорошего по части метеоусловий нынче не предвидится. Сегодня не выходит ни одна группа. И... это большая ошибка. Человек, понятно, слабее природы, но он иногда может оказаться хитрее.

У меня есть ощущение (я ему доверяю: способность предчувствовать погоду - одна из сторон альпинистского опыта), что нынче эта, так сказать, непогожая волна достигнет кульминации и к завтрашнему дню пойдет на спад. Я предложил группе немедленно выступить. Пока мы будем находиться достаточно низко, чтобы не бояться катастрофических исходов даже в случае сильного шторма. Трудности перетерпим. Зато есть надежда, что самые тяжелые участки, где-нибудь в районе вершины, нам высветит солнышко.

<<Назад  Далее>>


Вернуться: В.Шатаев. Категория трудности

Будь на связи

Facebook Delicious StumbleUpon Twitter LinkedIn Reddit
nomad@gmail.ru
Skype:
nomadskype

О сайте

Тексты книг о технике туризма, походах, снаряжении, маршрутах, водных путях, горах и пр. Путеводители, карты, туристические справочники и т.д. Активный отдых и туризм за городом и в горах. Cтатьи про снаряжение, путешествия, маршруты.